- Я вообще не знаю, как вам удалось выжить, - врач был удивлен по-настоящему. - Видимо у вас сильный ангел-хранитель. Других причин я больше не вижу.
- Меня изнасиловали? - вопрос дался мне с трудом, но я должна была знать.
- Нет. И побоев тоже нет. Все, что у вас сейчас на теле — это последствия после автокатастрофы. Все гематомы характерны именно для аварии, которую вам пришлось пережить.
Я снова плачу. В этот раз от облегчения. Антон и его друзья не тронули меня. Хотя введенные в кровь наркотики и поездка со связанными руками без сознания мало смахивала на прогулку с друзьями.
- Вам нужно отдохнуть. К вам скоро придет следователь и нужно будет дать показания. Вам нужно будет объяснить откуда в вашей крови наркотики и как можно найти вашего мужа. Судя по тому, что с вами произошло, ваш муж удерживал вас против воли. И если это действительно так, то у него серьезные проблемы.
Врач уходит. А я смеюсь.
Проблемы? У Благова? Да у него в полиции столько связей, что все его проблемы – это так, пылинки на пиджаке, которые можно смахнуть одним движением руки. Я удивлена, как этот доктор еще не под контролем Благова. Или Антон еще не успел найти на врача компромат? Зная Антона, это всего лишь вопрос времени. Думаю, что к выписке, у меня не будет никаких серьезных повреждений. Или если и будут, то исключительно по моей вине.
А если я буду молчать, притворюсь, что у меня амнезия, я, возможно, даже не попаду сюда снова. Антон сжалится надо мной и даст мне еще один шанс показать свою несуществующую любовь к нему.
На самом деле мне очень страшно. Я не хочу, чтобы меня выписывали. Эти стены создают хоть какую-то иллюзию защиты. А еще мне некуда идти. Кроме как к Антону.
Может все же попробовать сбежать?
Ну, и что, что без документов? Это все же лучше, чем терпеть его заскоки!
Я до самого вечера мучаю себя вопросами. И не могу найти ответа. Страх и неизвестность пугают. Да и бегун из меня пока что никакой. Я пока с трудом дохожу до туалета.
Но мучаюсь я не долго. Всего лишь до утра. А утром вместо врача, ко мне приходит следователь. Только вместо допроса он приносит новость. От которой у меня сердце почти остановилось. А потом зашлось в лихорадочном стуке.
- Вашего мужа сегодня ночью нашли мертвым. И Максима Сенцова. В загородном поселке на турбазе. У обоих передозировка наркотиками. К сожалению, нам придется закрыть дело.
Это кощунство. Это неприемлемо для человека. Но я плачу от счастья. И мне нисколько не стыдно.
3
Восемь лет назад
Вероника
Лифт опять не работает. Но это нисколько не портит мое хорошее настроение.
Рано утром мне позвонили из бухгалтерии и пригласили за авансом. Моему счастью не было предела. Мои сбережения закончились еще в начале недели и эта выплата была очень кстати.
Получив долгожданные деньги, я сразу же иду в магазин и покупаю огромный красивый торт с клубникой.
Отметить свои семнадцать лет этим лакомством было моим заветным желанием уже несколько недель. И я никому не позволю испортить мне день рождения. Ни погоде, ни пьющей матери, которая ушла из дома еще позавчера и до сих пор не вернулась, ни отсутствию родственников, друзей и подружек.
Да, я привыкла жить одна. Отца у меня нет. Он ушел от нас сразу же как узнал о беременности мамы. Поэтому мы жили втроем. Я, бабушка и мама. Три года назад бабули не стало. И мы остались с мамой вдвоем. Мать всегда увлекалась алкоголем. Правда под строгим присмотром бабушки ей не удавалась уйти надолго в загул. А вот после ее смерти держать ее в ежовых рукавицах было некому, и мама пустилась во все тяжкие.
Наша квартира находится в хорошей многоэтажке в благополучном районе. В нашем подъезде проживают тихие, спокойные и интеллигентные люди. Здесь нет скандалов и разборок. Все живут дружно и всегда помогают друг другу. И пока была жива моя бабушка, нашу семью тоже уважали. А после ее смерти мать начала водить в дом мужчин, пить, не просыхая. На нашей площадке стало накурено, воняло парами дешевого алкоголя и почти в любое время суток, особенно по ночам, доносились музыка и смех, а иногда и ругань.
Жителям это не нравилось. И они пожаловались.