— Выйдите отсюда сейчас же! — шикнул заглянувший амбал и потянул меня за руку в коридор.
— Простите, — потерянно промямлила я и попятилась назад.
«Ну, принцесса, заточенная в замке злой феи, что будешь делать? Где искать своего принца?» — высказался мой внутренний голос.
— Мила Станиславовна позже все объяснит, — вдруг сказала Агнесса. — Пойдемте вам кушать пора.
После обеда и тихого часа я спустилась на первый этаж и, усевшись на удобный и низенький диванчик, взяла со стоящего рядом столика журнал. Моя «надзирательница» убедившись, что все со мной хорошо отошла к коллегам на расположенный неподалеку ресепшен. Я открыла журнал на первой попавшейся странице, притворившись, что читаю. Но в голове, как всегда роились мысли. Изредка я поднимала глаза, чтобы глянуть, где Агнесса, а также полюбоваться на зеленые растения. Журчание декоративного фонтанчика немного успокаивало.
— Привет! — раздался знакомый голос и, подняв взгляд, увидела Мартину.
— Привет, — обрадовалась я настолько, что не смогла скрыть своей радости.
Она улыбнулась, и смешно сморщив нос, присела ко мне на диван, положив возле себя красную маленькую сумочку и белый пакет. С трудом верилось, что моя сестра все-таки пришла меня навестить.
— Эм… не знала, что ты любишь из фруктов. Поэтому купила то, что люблю сама: персики и яблоки.
— Здорово! Спасибо! Очень нравятся персики.
— Фу-ух, рада, что угадала. Как ты?
— В целом нормально, если не считать того, что чуть не родила раньше срока.
— Лиль, ты была права, — чуть краснея, призналась Тинка.
— Эй, ты можешь на меня положиться, — я ласково дотронулась до ее плеча.
— Да, знаю. Я просто дура малолетняя! Ты права, что общение с родным человеком намного важнее денег.
— Тин, что случилось? — почуяв неладное и нахмурившись, спросила я.
— Боюсь тебя расстраивать. Ты же добрая и будешь переживать. У тебя на лице написано — порядочная, — вздохнула сестра.
В этот миг малышка толкнулась несколько раз подряд, а я заулыбалась, видя, как в изумлении распахнулись глаза Мартины, которая все это заметила.
— Это ведь ребенок?
— Альс считает, что там — девочка.
— Можно… потрогать твой животик? — с необычайным благоговением попросила девушка.
— Конечно можно, — рассмеявшись, разрешила я и сама, взяв ее руку, положила на свой живот.
Малышка, будто почувствовав свою тетю, толкнулась именно под узенькую и теплую ладошку сестры.
— Она с тобой поздоровалась, — предположила я.
Мартина всхлипнула и, придвинувшись ближе, осторожно обняла за шею. — Ты простишь мою дурость?
— Какую дурость?! Разве что-то было?! Ну-ка рассказывай, что у тебя случилось?
Тинка отодвинулась и вытерла влажные глаза, но заговорила не сразу, видно собираясь с мыслями.
— Ринат меня бросил, а я, кажется, в него влюбилась на самом деле. Но дело даже не в этом, а в том, что он предложил мне выйти за него замуж. А через неделю случайно подслушала его разговор по телефону. Оказалось, что он прогорел с новым филиалом и занял денег у Владлена. Чтобы вернуть ему долг решил жениться на мне, зная, что на моей кредитке лежит приличная сумма, которая к тому же постоянно пополняется. Наверно Влад и рассказал Рину об этом. Вот видишь, какая я доверчивая дура!
Слышать исповедь сестры было грустно и горько. Ринату мало того, что он причинил мне боль, так еще паразит и за молоденькую девочку взялся. Одно слово — подлец! А ради наживы способен на все! Стало жаль Максима Алексеевича почти до слез. Как у такого человека мог вырасти такой сын? Вот бывает же по-всякому в жизни!
— Тин, не стоит Юшин тебя! Поверь! Ты красивая и у тебя все впереди. Это к лучшему, что вы расстались.
— Разум понимает, а сердце отказывается. Тебе такое знакомо? — печально вымолвила она.
— Да… когда Альс признался в своих чувствах. Мой разум шептал не поддаваться порывам любви, а сердце и душа летели к нему, как летит глупый мотылек на огонь.
— Как он?
— Мегера Станиславовна надежно его от меня спрятала.
— Ты не видела Альса? — немного недоуменно изумилась Мартина.
— Нет, — отозвалась я, покачав головой.
— Сука! — процедила Тинка, сжав кулачки и яростно засверкав голубыми глазами.
— Тише… — зашептала я, озираясь по сторонам. — Не надо тебе ее против себя еще больше настраивать. Тебе это ни к чему!
Будто в подтверждение моего опасения из-за стеклянных дверей лифта для медперсонала вышла Мелешина и направилась прямо к нам.
— Мартина, надеюсь, ты понимаешь, что сестру нежелательно беспокоить пустой болтовней? — иронично приподняв тонкую бровь, вверх спросила она.
— Позвоню тебе, — пообещала Тинка и, взяв сумочку, не оглядываясь, пошла на выход.
— Все хорошо?
— Да. Но надоела эта неопределенность! Или вы ведете меня к Альсу или….
— Не надо угрожать… девочка, — надменно произнесла женщина. — Идем!
Мы вошли в лифт и стали напротив друг друга. Я передернула плечами, потому что находиться с ней в маленьком закрытом пространстве было ужасно неуютно. Совсем неожиданно почувствовала себя Гердой, которая борется за Кая. Да, мать Альса очень похожа на Снежную королеву из одноименной сказки. Это точное сравнение заставило меня вздрогнуть и поежиться.
— Э-э… холодно? Наверно что-то с кондиционером, — тут же сделала она свой неправильный вывод.
Лифт замер, высвечивая цифру «четыре».
— Это реанимационное отделение, — объяснила Мелешина, поймав мой вопросительный взгляд.
Мы вышли из лифта, и, свернув направо, оказались в длинном светлом коридоре, по левую сторону которого были расположены восемь палат.
— Куда теперь? — решительно спросила я, делая шаг вперед.
— Стой! Подумай, как следует! — ее вкрадчивый голос не сулил ничего хорошего. — Тебе рожать, но родить надо вовремя. Или хочешь маяться от дум: «Выживет ли твой недоношенный ребенок?»
— Наш с Альсом ребенок! И ваша внучка! Все выживут! Номер палаты скажите, — устало, но уверенно произнесла я.
— Ты такая дерзкая! — воскликнула она.
— Номер?
— Третья от нас, но не вздумай входить внутрь. Можешь посмотреть на него в окно, — грозно предупредила Мелешина.
Я согласно кивнула, чтобы больше не слышать ее нравоучительных реплик, намереваясь все сделать по-своему. Мне необходимо коснуться его, прошептать о том, как сильно его люблю. Кто любил по-настоящему тот меня поймет. Я шла не спеша, крадучись, будто боясь разбудить спящего. Перестав дышать приблизилась к окну палаты и…… тихо ахнула, прикрыв рот рукой. Альсар лежал на высокой кровати, подключенный к специальному реанимационному медицинскому оборудованию, такой же белый, как и простыня, которой был прикрыт. Я смотрела на неподвижное тело, а перед глазами возникали совсем другие образы. Альс — танцующий, улыбающийся, шепчущий мне на ушко ласковые слова. Нет! Прочь сомнения! Он станет прежним, но всему свой срок. Надо набраться терпения и ждать!
— Что с ним?
— Тебе все травмы перечислить, которые мой сын получил по твоей милости. Ты учительница, а не врач! И не знаешь многих медицинских терминов, поэтому не вижу смысла все рассказывать. Состояние тяжелое, в день аварии его прооперировали. Он перед тобой! К чему лишние вопросы?
— Не надо ничего говорить, — зашептала я, прикладывая ладони к стеклу, с нежностью глядя на бледного молодого человека и мысленно представляя, что касаюсь любимого. — По крайней мере, его душа сейчас не ведает боли оттого, что родная мать не хочет ему счастья.
— Это ты, — взвилась женщина, — ты не хочешь ему счастья. — Тебе двадцать четыре, Альсу всего девятнадцать. Моему мальчику нужно учиться, чтобы получить престижную и высокооплачиваемую специальность. Тут нарисовалась ты и ноги раздвинула! Как в свое время твоя мать перед моим мужем. У нас все налаживалось и вдруг….- она замолчала.
— А вы не пробовали простить вашего мужа, мою мать и отпустить прошлое? — спросила я, глядя ей в глаза, не придав значения ее резкому высказыванию.