Все началось внезапно и разгорелось в считанные часы, словно пожар. Совсем недавно Кара, Антон и Джим сидели у телевизора и, затаив дыхание, слушали репортаж о странных объектах, упавших с неба, а на следующий день Джима не стало. Каре не суждено забыть его безразличный взгляд из-под мутной пелены, покрывавшей глаза, плотоядный хрип и окровавленный рот. Последний раз, когда она его видела, Джим поедал на лестничной площадке тело собственной матери.
Дальнейшие события вихрились и путались в голове. Последние несколько часов Кара с Антоном только и делали, что бежали. Прятались от снарядов и зараженных, спешили к мосту в надежде покинуть Айлэнд-сити. А потом Антон прыгнул в воду вслед за отчаявшимися. Кара прыгнула следом, чтобы вытащить его. И тут начался обстрел…
Вспоминая кровавые пятна на спине брата, Кара каждый раз содрогалась, и слезы вновь и вновь принимались душить ее. Ведомая страхом и паникой, она даже не сумела забрать тело брата с берега. Он до сих пор лежал там, среди других убитых. А, может, — скорее всего, так и есть, — уже встал и побрел в толпу, чтобы найти себе пропитание. Кара не раз видела, как мертвые вставали и бросались на живых. Теперь ее брат стал одной из этих тварей.
Вокруг не смолкали крики. Люди плакали, ругались, взывали к солдатам и Богу, но тем и другому было на них плевать. Словно на город обрушилось проклятие, снять которое не могут даже Высшие Силы.
Кара дрожала от холода и страха. Хотелось сбросить с себя мокрую одежду и высушить волосы, но девушка не двигалась с места. Если уж умирать, то лучше здесь, в спокойствии, чем быть съеденной заживо.
Вдруг над головой послышались странные звуки. Словно кто-то вскарабкался на каменную глыбу и собирался попасть в убежище Кары сверху. Девушка резко подняла голову и оторопела, — в небольшое отверстие пытался пробраться изголодавшийся зараженный. Место утратило безопасность.
Со всей скоростью, на которую была способна, Кара выскочила из укрытия через узкий лаз и бросилась бежать. Несмотря на отдых, усталость только усилилась. Ноги почти не держали, и Кара изо всех сил старалась сделать хотя бы несколько шагов. Только не упасть! Только не позволить монстрам схватить себя!
Мимо пронесся черный внедорожник. Сегодня редко можно встретить на улицах Айлэнд-сити движущуюся машину. Большинство из них разбито или взорвано. Собрав силы, Кара закричала и замахала руками, но внедорожник даже не сбавил ход. Промчавшись мимо нее, свернул на одну из улиц и понесся по ней прочь от столпотворения людей и мертвецов. Обессиленная девушка упала на колени и заплакала, не сводя глаз с постепенно рассеивающегося облака пыли, оставленного машиной. У кого-то есть шанс спастись, но не у нее. Толпа плотнее сгущалась вокруг Кары, и вскоре улицу, на которую свернул внедорожник, скрыла от ее глаз живая стена.
***
Рите начало казаться, что бо́льшая часть Айлэнд-сити состоит из полей и лесов. Из бездорожья. Желудок возмущенно урчал из-за постоянной качки, грозясь опустошить себя прямо на лобовое стекло. На лице Райана застыла непонятная эмоция: то ли раздражение, то ли гнев, то ли страх. То ли первое, второе и третье одновременно. Его пальцы крепко сжимали руль и переключатель скоростей, так, что белели костяшки; ноги монотонно жали на педали, а глаза почти не моргали.
— Далеко еще? — не вытерпела Рита.
Райан словно вышел из транса. Ослабив хватку руля, он два раза моргнул и повернулся к пассажирке.
— Прости, что?
— Я спросила: далеко еще? Мне нехорошо. Эта тряска…
— Потерпи немного, — ответил Райан. — Скоро приедем. Если совсем плохо, можем остановиться.
— Нет, езжайте дальше.
Отвернувшись к открытому окну, Рита погрузилась в мысли и воспоминания.
К тому времени, когда мотор заглох, Рите удалось уснуть. Почувствовав сквозь сон, что тряска прекратилась, она открыла глаза.
— Приехали, — сообщил Райан, вынимая ключи и отправляя их себе в карман. — Надеюсь, старина Гарри дома. Возможно, он даже одолжит нам немного бензина.
Рита бросила взгляд на приборную панель. Топливо было на нуле.
Они проехали относительно небольшое расстояние, но Рита ступила на землю так, будто только что сошла с корабля, на котором без остановок плыла целую неделю. Тело за два часа успело привыкнуть к тряске, и осознание того, что она прекратилась, дошло до Риты не сразу.