— Думаю, можно лезть вниз, — сказала Рита, выглянув из кабинки. — Черт, какая высота!
— Только заметила? — усмехнулся Гарри. — Погоди. Надо обдумать план.
— Какой?
— Мы не слезем просто так. Свалимся — внизу костей не соберешь.
— Не свалимся. — Рита вернулась на место. — Веревки у нас нет, как и переносной лестницы. Придется рисковать. Или хочешь навек тут остаться?
Проснувшись на руках у матери, захныкал Лиам.
— Он проголодался, — жалобно произнесла Кара.
— Сунь ему титьку, — сердито сказал Гарри. — Не хватало еще привлечь внимание.
— Что?.. Прямо… здесь?..
— Нет, там! — рявкнул мужчина, ткнув пальцем вниз. — Конечно, здесь! Послушай, принцесса: всем плевать, что у тебя под лифчиком. Уже не то время. Заткни рот своему ребенку, если не хочешь провести остаток дней на колесе. Не приведи, Господь, хоть кто-то услышит, и остальные тут же подтянутся.
Покраснев от стыда и обиды, Кара попробовала отвернуться. Гарри закатил глаза и сделал то же самое. Бросив на него испепеляющий взгляд, Рита встала и подошла к женщине.
— Дай, подержу его. А ты пока расстегни рубашку.
Кара кивнула и доверительно протянула ей ребенка.
— Ну, тише… — шептала Рита, успокаивая его. — Мама сейчас тебя накормит.
— Все готово. — Кара протянула руки. — Давай.
Рита вернула ей сына.
— Спасибо, — произнесла женщина и прижала малыша к груди. Хныканья прекратились.
К счастью, Лиама никто не услышал. Мертвецы без интереса проходили мимо колеса обозрения и шли следом за толпой.
— Ты уверена, что в Шайнинге что-нибудь останется после них? — мрачно спросила Кара у Риты.
Та пожала плечами.
— Сейчас ни в чем нельзя быть уверенным, — сказала она. — Но Шайнинг — ближайший город отсюда. Куда-то все равно надо идти. Мы должны его проверить.
— Хорошо. — И Кара погладила по голове засыпающего ребенка.
Внизу почти никого не осталось. «Фэйрилэнд» представлял собой ужасающую картину: еще пару часов назад красивый и ухоженный парк превратился в обиталище смерти. Все труды группы пошли прахом. Дорожки из брусчатки покрывал слой грязи, смешанной с кровью; некоторые аттракционы стояли помятыми, некоторые — разрушенными. Тут и там валялись сломанные ветки. А еще на земле извивались полуразложившиеся тела. Кто падал в толпе, тот уже не вставал. Большинству ноги сородичей продавили черепа, но кто-то еще шевелился и тянул конечности в разные направления.
— А я-то надеялась на зимовку в этом парке… — пробормотала Корделия.
— Придется искать другое убежище, — со вздохом сказала Амата и посмотрела на нее. — Ну, что, как будем спускаться?
Опасения опасениями, а решать что-то надо. Спасатели с раскладными лестницами не приедут, чтобы снять их с колеса. Никто не придет, кроме очередной толпы зомби. Кровь мертвецов на одежде и оголенных участках кожи уже засохла. Еще немного, и все — человеческий запах перебьет вонь. А если пойдет дождь, так процесс ускорится. Следующее стадо может их заметить.
— Так, надо слезать отсюда! — Амата встала и решительно посмотрела на всех, кого могла увидеть. — Делайте то же, что и во время подъема. Никуда не торопитесь. Ползите медленно и осторожно. Главное — добраться до лестницы.
Никто не стал возражать. Лучшего плана спуска быть не могло. Амата поползла первой. Улегшись животом на длинную металлическую балку, она медленно стала скользить вперед. Голова закружилась, и Амата зажмурилась на несколько секунд. Пальцы до боли вцепились в балку, ноги обхватили ее. До лестницы всего семь метров, но Амате казалось, что ползти придется целую милю. Сколько бы она ни двигалась, лестница ближе не становилась.
Тем временем Гарри, пеленками привязав малыша к спине, выполз из кабинки и, подобно Амате, пополз. Все тело дрожало. И боялся он не за себя. К счастью, сын Кары не поднял визг. Гарри медленно продвигался к лестнице, молясь всем богам, чтобы помогли ему добраться до нее.
Кевин оказался ловчее многих. Он двигался гораздо быстрее. В прошлом он работал на стройке, и опыт оказал ему хорошую помощь.
Ленни вызвался нести Беллу. Усадив ее к себе на спину, велел крепко обхватить руками его шею. Девочка проявила небывалую смелость. Не расплакавшись, она послушалась Ленни, и их путь начался.