Проследив за удаляющейся фигурой, Жора достал из кармана спасительные таблетки, трясущимися руками разорвал упаковку, закинул в рот четыре штуки. Подождал немного, пока не начало отпускать. Вскоре трясти перестало, в глазах прояснилось, движения стали плавными и точными.
«Надо завязывать, – подумал Жора. – Таблеток требуется все больше, и перерывы между приемами сокращаются. Так и ласты склеить недолго. Или заказ важный завалю – тогда помогут навсегда завязать. Пришлют того же Упыря».
Опять же, как завяжешь? Жора попробовал как-то – сутки только продержался, чуть не сдох.
Не прошло и десяти минут, как дверь подъезда снова открылась, и на улице появился Упырь. Посмотрел на Жору глазами дохлой рыбы, кивнул головой и зашагал прочь. Его работа закончилась. Вопросов задавать Упырю смысла не было, все равно не ответит. Проколов у Упыря не бывает.
Жора подбежал к автомобилю. Двери были заперты, но это задержало не более чем на пятнадцать секунд. Еще через полминуты двигатель «рафика» ровно заработал, и машина выехала со двора.
Глава 46
27 мая 1980 года, город С., то же время
Настойчивый звонок, затем стук в дверь разбудил сторожей. Андрей слышал, как бандиты, матерясь, протопали к входной двери, заспорили, открывать или нет. Звонок и стук не прекращались. Затем к голосам бандитов присоединился чей-то бас, показавшийся Андрею знакомым. Значит, дверь открыли.
Бас громко требовал какую-то Зинку и возмущался, что долго не открывали. Длинные слова гостю давались с трудом, судя по всему, он находился под крепким градусом. Шум в подъезде разбудил соседей. Послышались новые возмущенные голоса, мужские и женские, кто-то порывался вызвать милицию.
Внезапно створка, закрывающая окошко, распахнулась. В коридоре стоял мальчишка в куртке с подогнутыми рукавами, висевшей на нем как на вешалке, полы куртки почти доставали до пола. Голову мальчишки украшал бинт. Мальчишку Андрей узнал, несмотря на комичный вид, и старую Колину куртку узнал, а также понял, почему требующий Зинку нетрезвый бас показался знакомым.
– Вовка?! Ты как здесь оказался?
– Через окно, по водосточной трубе залез.
– А этаж какой?
– Ерунда, третий.
– А что с головой?
– Да так, с велика навернулся. Меня дядя Коля послал на разведку.
– Это он там митингует?
– Да, внимание отвлекает. Только я эту дверь не смогу открыть, тут замок висит.
Андрей лихорадочно соображал, что делать. В окошко он не пролезет, мальчишку надо скорей обратно отправлять, пока Колино представление не закончилось. Он снял ботинок, достал исписанные листы и протянул Вовке.
– Держи, отдашь дяде Коле. И скажи, чтобы никому, кроме старшего лейтенанта Воронова, он их не показывал. Запомни, старшего лейтенанта Воронова!
Мальчишка сунул листы во внутренний карман безразмерной куртки и кивнул забинтованной головой.
– Понял, никому, кроме Воронова. Все, я сматываюсь.
– Ты как обратно-то?
– Так же, по трубе.
– Осторожнее…
Шум в прихожей стих. Подвыпивший мужик, заявив напоследок, что Зинку из-под земли достанет, покинул негостеприимную квартиру. Соседи разошлись досматривать утренние сны. Андрей слышал, как захлопнулась входная дверь.
Он сел на пол, прислонился к стене. Попытка бегства провалилась. Во-первых, теперь бандиты будут начеку: Колин визит их потревожил. Во-вторых, даже если удастся одного бандита вырубить, дверь он открыть все равно не сможет. Остается только надеяться, что Коля найдет Воронова и передаст ему записи.
В стоящей около соседнего дома машине скорой помощи Неодинокий читал исписанные мелким почерком листы. Вовка нетерпеливо заглядывал ему через плечо.
– Дядя Коля, ну что там? Что-то важное?
– Ты даже не представляешь, насколько важное! Не страшно было?
– Фигня, что я, первый раз по трубе? Мамка как напьется…
– Про трубу ты мне рассказывал, – перебил Николай. – В квартире, говорю, не страшно?
– Страшно, – честно признался Вовка. – Боялся, что тебя бандиты прикончат.
– Я и сам боялся, – в свою очередь признался Николай, – хорошо, соседи быстро вышли. При соседях они…
Коля не договорил. Дверь машины распахнулась, и в салон ворвался человек в закрывающей лицо черной маске, с пистолетом в руке.