Ноздри начальника службы собственной безопасности затрепетали, как у взявшей след охотничьей собаки. Интерес сотрудницы, имеющей доступ к личным делам офицеров управления, к фильмам зарубежного производства был взят на заметку.
– Отвечайте на поставленный вопрос.
На лице прапорщицы отразилась напряженная работа мысли.
– Кто из старших офицеров… – Она начала загибать пальцы. – Майор Завгородний из четвертого отдела, подполковник Дубов из первого спецотдела, майор Ражев из «наружки» и подполковник Устинов из экономической безопасности. – Она немного подумала и разогнула один палец. – Нет, Ражев из «наружки» больше на Гойко Митича61 похож.
Константинов и Губаев переглянулись. Такое количество офицеров, имеющих сходство с киногероями, их озадачило. Отпустив Синицину, начальники некоторое время молчали, обдумывая сложившуюся ситуацию.
– Изолируем всех троих, Иван Константинович? – спросил Губаев.
Константинов отрицательно покачал головой:
– У меня другое предложение, Илья Семенович. Предателя надо брать на месте, с поличным. Думаю, что «крот» сейчас в Таежном, он должен убедиться, что устройство доставлено, и только потом будет уходить. Вот на выходе из города мы его и задержим. И устроим очную ставку с доктором.
– Логично, – согласился Губаев.
Полковник повернулся к Воронову.
– Ситуация чрезвычайная, старший лейтенант. Работать необходимо в условиях строжайшей конспирации, чтобы не допустить утечки. У предателя могут быть в управлении свои, неизвестные нам источники. Поэтому для его задержания, предотвращения диверсии и ареста шпиона нужно привлечь надежных людей, не из штата управления. Ты говорил, у тебя бывший сослуживец командует отдельной ротой охраны в Таежном. На него можно положиться?
– Так точно, – вскочил Воронов. – Звягинцев не подведет, и люди у него подготовленные. Он их до седьмого пота гоняет…
– Это правильно, что до седьмого пота, – кивнул Константинов. – Но нам необходимо, чтобы он действовал не только грамотно, но инициативно. – Увидев недоумение на лице Воронова, полковник пояснил: – Я с его руководством, конечно, все согласую. Но на это потребуется время, а времени у нас нет. Понимаешь?
– Товарищ полковник, Леха, то есть Алексей Звягинцев, нормальный парень, он не будет бумагу с подписью требовать, ему моего слова достаточно…
– Хорошо, старший лейтенант, садись. В ходе операции, назовем ее «Тайга», мы должны решить две задачи. Первая – предотвратить диверсию. Это самое простое. Вторая задача – арестовать «крота» и шпиона, который наверняка крутится поблизости, наблюдает, чтобы доложить хозяевам. Эта задача сложнее, и если мы раньше времени группу, перевозящую устройство, задержим, то, скорее всего, предателя и агента иностранной разведки упустим…
Звягинцев слушал инструкции старшего лейтенанта, прикидывая, кого из своих людей лучше привлечь.
– Значит, на контрольном пункте машину скорой помощи не задерживать? – уточнил он.
– Да, – подтвердил Воронов. – За капэ, скорее всего, наблюдают. Нельзя, чтобы они преждевременно всполошились.
– Хорошо, встретим после капэ.
– Имей в виду, мы не знаем, как работает это чертово взрывное устройство, надо не дать возможности его активировать и не допустить ранения или гибели заложника – доктора. Он ценный свидетель.
– А как мы доктора узнаем, если они все в халатах будут?
– Со мной человек едет, он доктора хорошо знает. Только он гражданский, ты его в активных действиях не используй.
В трубку ворвался чей-то возмущенный бас.
– Я сказал – не используй! – громко повторил Воронов.
– Понял не использовать. Возьму самых опытных и сам на задержание пойду.
– Нет, Леха, ты мне в другом месте будешь нужен. Ты и кто-нибудь из твоих орлов с хорошей подготовкой, знающий местность вокруг города как свои пять пальцев.
– Есть у меня такой, заядлый охотник и в десанте служил.
– Отлично, Леха. Я тебе на факс портреты трех офицеров выслал, один из них должен на капэ появиться на выходе из города. Нужно задержать.
– Задержим.
– Все, конец связи, скоро увидимся.
Глава 54
Те же сутки, город С., 10.13
Фирменный скорый поезд «С. – Москва» ежедневно отправлялся с первого перрона под марш «Прощание славянки». По выходным и праздничным дням марш исполнял настоящий духовой оркестр. Но сегодня четверг, и музыку крутят в записи через вокзальный громкоговоритель.
В окно второго купе мягкого вагона на отъезжающий перрон смотрел импозантный мужчина, похожий на киноактера Жана Маре. Провожающие дружно махали руками, кричали прощальные слова, посылали воздушные поцелуи. Мужчину никто не провожал, но его это нисколько не расстраивало, даже наоборот. И еще мужчина надеялся, что в Москве его не будут встречать.