– Ушел, гад! – делился Воронов впечатлениями об охоте за шпионом. – Главное, мы его «лежку» точно вычислили, обходить начали, он по веревке вниз сиганул. Надо было там бойцов поставить, но кто же мог подумать, что он еще и скалолаз…
Воронов добавил непечатное слово, посмотрел на Оксану, извинился.
Предположение полковника Константинова о том, что шпион должен быть поблизости и наблюдать за ходом диверсии, подтвердилось. Полковник считал, что, не желая рисковать, шпион будет вести наблюдение на расстоянии, постарается найти достаточно удаленную точку, откуда хорошо просматривается город. Воронов предложил Звягинцеву показать такую точку на карте, на что Алексей сказал, что для этого карта не нужна, подвел старшего лейтенанта к окну и показал на вершину горы Кирель.
– Место, где шпион спустился по веревке, мы быстро вычислили, – продолжил рассказ Воронов. – Пошли за ним, начали помаленьку догонять.
– Вы что, как Зверобой у Купера63, по следам шли? – удивилась Оксана.
– Здесь нас здорово Арнас выручил, – объяснил Воронов. – Арнас – коми по национальности, в деревне охотников вырос, у него врожденное чутье. Мы бы с Лехой ни за что след не увидели – умеет гад не оставлять следов. Арнас же лучше любой собаки. Иногда и работал как охотничья собака: на четвереньки вставал, следы нюхал. Ни разу не сбился.
– Так почему тогда упустили? – спросил Андрей.
– Везучий оказался, сволочь. Вышел на дорогу – там старая грунтовка. По ней пенсионер ехал на «Москвиче», делянку смотреть. Ему под покос выделили. Ну и…
Воронов замолчал.
– Что?
– Убил он пенсионера. Шею сломал, сел в «Москвич» и укатил. – Воронов тяжело вздохнул. – Мы уже совсем рядом были, начали по колесам стрелять, но поздно. Там дорога поворачивает… А на своих двоих за машиной не угонишься.
Допрос задержанных бандитов результатов не принес. Главарь упорно молчал, водитель утверждал, что ничего не знает. Его дело баранку крутить, сказали ехать – поехал. Куда, зачем – понятия не имеет.
Дежурство Андрея и Оксаны на контрольно-пропускном пункте также оказалось бесполезным. Никто даже близко похожий на «крота» так и не появился. Немного утешил Воронова нарисованный Оксаной портрет похитившего ее подполковника. Оксана закончила детскую художественную школу, и портреты у нее особенно хорошо получались.
– Ну хоть что-то, – проворчал Воронов. – Знаю я этого «актера». Ловко замаскировался, никогда бы не подумал.
Повеселевший старший лейтенант побежал звонить руководству. Вернулся через несколько минут красный и мрачный. Видимо, руководство действия старшего лейтенанта по задержанию агента иностранной разведки не одобрило.
– У меня приказ срочно доставить арестованных в управление, – объявил он. – Там с ними спецы поработают. – На невысказанный Оксаной вопрос пояснил: – Совсем не то, что ты подумала. Мы методы физического воздействия к арестованным уже давно не применяем. Все эти сплетни про подвалы КГБ – полная чушь. Просто есть у нас специалисты, умеющие разговорить без всякого мордобоя.
– А нам что делать? – спросил Андрей.
– Вы отдыхайте. Взять вас с собой не могу, инструкция. Леха вам номер в общежитии сделает, завтра спокойно уедете домой.
– А бомба?
– Бомбу саперы осмотрели, она не активирована, не взорвется, но немного фонит. Не сильно, – успокоил он Андрея и Оксану. – Опасности не представляет, но решено перевозить ее в специальной машине. Пока полежит у Звягинцева в оружейной комнате, там стены толстые и дверь сейфовая. Леха охрану выставит.
Глава 57
Те же сутки, город Таежный, вечер
Андрея с Оксаной разместили в отдельной комнате в общежитии комбината. Хозяева оказались гостеприимными, сказали, что молодые люди могут оставаться здесь сколько пожелают. Комната по размеру была больше их собственной в общежитии скорой помощи, кровать – шире и удобней. На следующий день запланировали экскурсию по городу и даже обещали сводить на комбинат.
– А что, может, и в самом деле погостим? – спросил Андрей.
– Можно пару дней, – согласилась Оксана. – Но потом мне в институт надо.
– А мне на работу, – вздохнул Андрей. – Жалко, что с домом отдыха Комитета не получилось. Выдали бы нам освобождение, мне от работы, тебе от института, с гербовой печатью.
Николай, которого поселили по соседству, готов был оставаться в Таежном бессрочно. Сидя на диване в комнате друзей, он пожирал глазами худенькую Марину, старшего сержанта отдельной роты охраны, так ловко сбившую с ног главаря бандитов во время задержания. Встретившись с Мариной взглядом, Коля краснел, на вопросы отвечал невпопад и даже заикался, что случалось с ним лишь в минуты крайнего волнения.