Все погрузилось во мрак…
Глава 64
Начало июня 1980 года, город С.
Окно в двухместной палате Центрального военного госпиталя распахнуто настежь. В окружающем хирургический корпус парке бурное начало короткого северного лета: несмолкаемый птичий гомон, целеустремленные тяжелые шмели размером с небольшого воробья спешат по своим делам, верткие стрекозы зависают в воздухе и стремительно срываются в самых неожиданных направлениях. Пьянящий запах свежей, еще клейкой изумрудно-зеленой листвы дурманит и призывает немедленно покинуть душное помещение, поваляться на свежей травке, побродить под кронами деревьев, ловя теплый летний ветерок.
Два пациента расположились на подоконнике, подставив бледные лица под ласковые июньские лучи. Один аккуратно держит руку на перевязи, лоб его украшает свежий шрам со следами недавно наложенного шва, но повязки уже нет. У второго, голого по пояс, перебинтована грудь. Им уже разрешили вставать и ходить, но только по палате и коридору. На улицу пока не выпускают.
Входит медсестра с железным биксом для шприцев и коробками с ампулами:
– Воронов, Сергеев! Немедленно закройте окно, вам нельзя простужаться. Я заведующему пожалуюсь!
– Ну Анна Сергеевна! – Воронов смущенно улыбается. – Тепло же, мы только пять минут, свежим воздухом подышать.
– Товарищ старший лейтенант! – укоризненно качает головой медсестра. – Ну ладно Сергеев, гражданский человек, ему простительно. Но вы-то порядок должны знать!
– Все, все! Мы уже в кроватях.
Пациенты закрывают окно, расходятся по койкам.
– Сегодня укол куда, в руку или…
– Или… – мстительно говорит медсестра.
Пациенты вздыхают и переворачиваются на животы.
– Пять минут полежать, потом в столовую на обед.
Медсестра забирает использованные шприцы, лекарства и выходит.
Но пообедать в столовой сегодня пациентам не суждено. Дверь снова распахнулась, и в палату ввалился Коля Неодинокий, сразу занявший собой значительную часть небольшой комнаты. За ним последовали Марина и Оксана. Андрей с Олегом быстро натянули штаны, Воронов надел пижаму, прикрывшую повязку на груди.
«Стол» соорудили из двух сдвинутых прикроватных тумбочек. Марина выложила привезенные из Таежного деликатесы, Оксана – собственного приготовления пирожки с мясом. Попытавшийся схватить один из пирожков Николай получил звонкий шлепок по руке – реакция у старшего сержанта была отменная. Оглянувшись на дверь, Николай достал из портфеля «Слънчев бряг»67 и маленькие граненые стаканчики.
– Вам ведь можно? – с надеждой спросил он.
– Нужно, – убежденно сказал Андрей.
Возражений со стороны старшего лейтенанта Воронова не прозвучало.
Учитывая место проведения банкета, старались не шуметь и громко не чокаться. Бдительная Анна Сергеевна все же заглянула.
– Нам заведующий разрешил, – авторитетно заверил Николай, на всякий случай прикрывая бутылку огромной ладонью.
Медсестра осуждающе покачала головой и вышла.
После первой, за встречу, Коля выпалил распиравшую его новость:
– Мы с Маринкой подали заявление в загс!
Притянув девушку к себе, он громко чмокнул ее в щеку. Марина скромно потупила глаза.
Новость встретили восторженно и немедленно обмыли. Потом подняли стаканчики, как водится, за дам – офицеры, даже раненые, стоя и до дна, – а следующие, конечно, за быстрейшее выздоровление и здоровье всех присутствующих.
Бутылка опустела быстро, Коля подмигнул Андрею и выставил вторую. Разговор плавно переключился на недавние события.
– Вы почему нас с Маринкой не позвали шпиона брать? – горячился Николай, обличительно тыкая в Воронова указательным пальцем.
– Да где бы мы вас искали, – оправдывался старший лейтенант, – и времени не было. И так в последнюю минуту успели.
– Успели они! – возмущался Коля. – Если бы не Андрей…
– Если бы не Оксана, – перебил Сергеев, – с ее чудесным шприцем, мы бы с вами тут не сидели!
– Вот, а ты смеялся надо мной!
Щеки девушки раскраснелись, и она была такая очаровательная, что Андрей неловко поднялся и поцеловал невесту в губы.
Неодинокий немедленно привлек к себе Марину. Старший сержант не сопротивлялась.
– Так, прекратите немедленно! – возмутился Воронов. – Я один, что ли, пить буду?
– Я не пойму, – спросил Коля, ставя пустой стаканчик на тумбочку. – Шпион-то о чем думал? Его же тоже взрывом бы накрыло.