У меня повсюду осведомители. Они гораздо полезнее, чем друзья. По всему городу у меня есть глаза и уши, я вижу и слышу все, что бы они ни задумали. А они что-то задумали. Я вижу это во сне и в своем зеркале судьбы. Я чую это за милю, за десятки миль. Что-то приближается.
Но компьютерная магия на моей стороне. У меня есть друзья – нет, осведомители. От них куда больше проку, уж поверь мне, дружище. Магия – у нас под ногами, а не только в наших глазах.
[…]
Неоспоримый факт
– Фрэнсис, милая, что происходит?
Мама переплела пальцы и перегнулась ко мне через кухонный стол.
– Шево? – спросила я со ртом, набитым хлопьями.
– За последнюю неделю я ни разу не видела, чтобы ты делала домашнюю работу или готовилась к поступлению в Кембридж. – Мама выразительно вскинула брови и попыталась напустить на себя строгий вид. Но пижама-единорог свела на нет весь воспитательный эффект. – И с Аледом ты проводишь в пять раз больше времени, чем со своими подругами.
Я наконец проглотила хлопья.
– Да… С этим не поспоришь.
– Еще в последнее время ты чаще ходишь с распущенными волосами. Я думала, тебе не нравится такая прическа.
– Просто не хочу собирать их в хвост.
– Но раньше ты собирала.
Я пожала плечами.
Мама посмотрела на меня.
Я посмотрела на маму.
– В чем проблема? – спросила я.
– Никаких проблем. Мне просто интересно.
– Что тебе интересно?
– Все это так необычно.
– И?
Теперь настал мамин черед пожимать плечами.
– Не знаю.
Сама я об этом не задумывалась, но в словах мамы было зерно правды. Обычно я посвящала все каникулы домашке, повторению пройденного материала и стажировкам. А еще пару раз устраивалась на подработку в какой-нибудь ресторан или магазин одежды, чтобы потом горько пожалеть о своем решении.
Но сейчас я ни о чем подобном даже не думала.
– У тебя же не случилось выгорание или что-то в этом духе? – с тревогой спросила мама.
– Нет, – твердо ответила я. – Честное слово, нет.
– И это неоспоримый факт?
– Бесспорно неоспоримый.
Мама медленно кивнула.
– Ладно. Просто хотела убедиться, что с тобой все в порядке. Давненько я не видела Школьную Фрэнсис.
– Школьную Фрэнсис? – Я удивленно моргнула. – О чем ты?
– Да так, вспомнила, что ты недавно сказала, – улыбнулась мама. – Не бери в голову.
Смейся и беги
Только в начале августа до меня дошло, что Алед старательно препятствует моему общению с его мамой.
О Кэрол Ласт я почти ничего не знала, кроме того что она входила в родительский комитет и была очень строгой мамой-одиночкой. Когда она сталкивалась на почте с моей мамой, то всегда заговаривала с ней первой. А если Кэрол была дома, Алед настаивал на том, чтобы мы зависали у меня или еще где-нибудь. Вероятно, она не любила гостей.
Во всяком случае, так я думала, пока не столкнулась с ней.
В тот августовский день я собиралась заглянуть к Аледу. Мы оба любили поспать допоздна, поэтому обычно встречались не раньше двух часов пополудни. Со времен поездки в «Сливки» мы не стеснялись наряжаться в странную одежду. Я выгуливала свою коллекцию легинсов с причудливыми принтами и большеразмерные куртки и джемперы, а Алед заваливался ко мне в полосатых шортах, кардиганах, мешковатых футболках и лаймовых кедах, покоривших мое сердце. Как правило, я приходила к Аледу и стучала в дверь, но в тот день он сидел на крыльце в черных шортах и широком черном свитшоте с большими белыми цифрами «1995» на груди. Волосы у него отросли уже так сильно, что можно было разделить их на пробор.
Мне всегда казалось, что Алед выглядит круче меня, а ему – что наоборот.
Престарелый лабрадор по кличке Брайан терпеливо ждал у обочины, но едва я вышла из дома, он сорвался с места и потрусил мне навстречу. Этот пес определенно мне симпатизировал, что изрядно тешило мое самолюбие.
– Привет, – окликнула я Аледа, переходя дорогу.
Тот улыбнулся и встал.
– Как дела?
Теперь мы обнимались только при расставании. Думаю, это делало наши объятия особенными.
Машина Кэрол стояла на подъездной дорожке. Увидев ее, я сразу догадалась, что скажет Алед.
– Нужно вывести Брайана на прогулку, – объявил он и поддернул рукава.
Мы дошли до середины улицы, когда я наконец решилась поднять эту тему.