touloser ответила:
честно говоря, не знаю, что сказать, кроме того, что мне, как и тебе, тоже грустно, что создатель решил так поступить. но ему сейчас приходится нелегко. никто, кроме создателя, не знает, выйдет ли продолжение, поэтому предлагаю всем просто жить дальше. такое случается. печально только, что сейчас это случилось с тем, что важно для стольких людей.
я знала создателя. город юниверс был для него очень важен. хотя «важен» – это еще слабо сказано. по сути, город юниверс – это все, что у него было. как и у меня. теперь я не знаю, что делать со своей жизнью. и что собирается делать создатель, я тоже не знаю. это все, что я могу сказать.
Я не знала, почему Алед решил все закончить. Может, мать его заставила. Может, у него не хватало времени на подкаст. Или он просто больше не хотел им заниматься.
Впрочем, в последнее мне слабо верилось. «Город Юниверс» значил для него больше, чем все остальное в жизни.
К тому же он до сих пор не раскрыл личность Февральской Пятницы.
В ночь, когда Алед выложил эпизод с белым шумом, я сидела с ноутбуком в гостиной и впервые за январь вновь задумалась над этим вопросом. Потому что, кажется, наконец нашла ответ.
Я несколько недель не могла выбросить из головы историю с Кэрис и сожженной одеждой. И я поняла почему.
Огонь.
Костер в саду.
Обожженные ладони.
Из всего, что Алед мог рассказать об отношениях сестры с матерью, он почему-то выбрал именно этот случай.
Я загрузила транскрипт первых двадцати эпизодов «Города Юниверс», запустила поиск по словам, связанным с огнем, пламенем, пожарами и кострами, и скопировала все найденные предложения в отдельный документ.
• А после пожара все закончилось – я больше тебя не видел.
• Ты чудишься мне в каждом загорающемся огне.
• Пусть это прозвучит эгоистично, но я бы предпочел сам упасть в Огонь.
• Должно быть, тебя коснулось Пламя далекой звезды.
• Тебе всегда хватало храбрости, чтобы сгореть.
Я перечитала цитаты, чувствуя, как тают последние сомнения.
Февральской Пятницей была Кэрис Ласт.
Провал
Это был крик о помощи.
Весь подкаст, от первого до последнего звука, был криком о помощи.
Брат звал сестру.
За выходные я поняла, что именно должна сделать, чтобы помочь Аледу.
Найти Кэрис.
Теперь только она могла его спасти.
Письма к Февралю были в подкасте с самого начала. Алед годами писал о Кэрис. Он скучал по ней, хотел с ней поговорить – и понятия не имел, где она.
Если она до сих пор была где-то.
Кэрол Ласт держала местонахождение Кэрис в тайне. Я не знала как и зачем. Но теперь не могла перестать думать об этом. Меня грызла тревога. Когда-то я могла помочь Кэрис, но упустила свой шанс.
Ведь именно это и случилось?
Я могла ей помочь – и все испортила.
А я очень не люблю совершать ошибки.
Девушка с серебряными волосами
– Йоу, блондинчик, освободи-ка место.
Я оторвалась от домашнего задания по истории и увидела, как девушка с серебряными волосами спихивает парня, сидевшего рядом со мной. Устроившись поудобнее, она облокотилась на стол, подперла ладонью подбородок и посмотрела на меня. Девушкой с серебряными волосами была Рейн Сенгупта. Она недавно перекрасилась и слегка «подправила» стрижку – выбрила всю правую сторону головы. Волосы – окно в душу.
– Фрэнсис, друг мой, вижу, дела у тебя неважно, – сказала она, торжественно кивая.
В школе я по-прежнему зависала с Рейн, Майей и другими одногодками, и с Рейн мы часто болтали о пустяках, но они ничего не знали об Аледе или «Городе Юниверс».
Я рассмеялась.
– Ты о чем?
– О том, что вид у тебя – краше в гроб кладут. – Она вздохнула. – До сих пор скорбишь по Кембриджу.
Меня так и подмывало рассказать, как я паникую из-за Аледа и Кэрис, как отчаянно хочу им помочь, чтобы хоть раз в своей несчастной жизни сделать что-нибудь полезное, но вместо этого я выдавила из себя улыбку:
– Нет, нет, все хорошо. Честное слово.
– Что ж, здорово.
– Ага.
Какое-то время Рейн продолжала сверлить меня взглядом, потом посмотрела на листок, который лежал передом мной, и обнаружила, что я рисую на полях вместо того, чтобы вписывать ответы.
– Ух ты, круто! Похоже на твои рисунки для «Города Юниверс».
– Спасибо, – кивнула я.