-Не пытайся отомстить Гривову прямо, он не так прост, раз высоко взлетел.
- Отлично, отлично, наконец то.
Он уже ничего не слышал, злость и радость отключили его слух и погрузили в мир иллюзий. В таком состоянии он пребывал вплоть до того, как вошел в свой кабинет.
- Так, кого бы вызвать для этого дельца… Пожалуй …
Раздался стук в дверь.
- Войдите.
В помещение заглянул плечистый, двухметрового роста Шурик.
- А, это ты. Дуй за Лавиным и Геворкяном. Есть дело.
Через два дня, он провернул свое дело, а спустя ещё две недели –получил очередное повышение. Хоть он многим и не нравился, однако за работу полагалась награда. Он приблизился к своей цели и теперь, благодаря положению, о том происшествии забыли. Он наконец то мог взяться за план мести.
План занял около месяца, ему казалось, он продумал все. Был только один нюанс, к тому моменту, Петр неожиданно пропал из поля зрения. Немного поразмыслив, Маврикадзе решил разыскать друзей и знакомых Петра. Первым он нашел Ивана, но тот тоже давно не появлялся на работе. Они подъехали к дому Петра.
- Так, Геворкян, следи за квартирой. Как только Гривов объявится, сразу доложить, можешь вызвать наряд, пусть помогут.
Высадив его возле его дома он отправился к дому Ивана. Здесь он высадил Шурика и дал те же указания. Третьим местом он выбрал офис Гривова. Понаблюдав некоторое время за входом, он решился.
- Так, ты идешь со мной. Запомни, ордера нет, попробуем в наглую.
- По-о-онял.
На их лицах заиграли наглые улыбки, особенно мерзкая была у Маврикадзе. Ему не терпелось нагадить обидчику. Единственное что он хорошо запоминал –кто и чем ему насолил. Его не интересовали причины, главным в жизни было чувства собственного достоинства, важности и права творить то, что хочется. Если кто-либо пытался обставить его, это вызывало припадки дикой и необузданной ярости. При малейшей возможности, он пакостил всем насолившим. Отчасти, это была причина его клички. С наглыми минами они вошли в приемную Гривова.
- Добрый день. Вам чем-нибудь помочь?
- Где твой шэф, живо отвечай.
- Петра Георгиевича сегодня не будет, ему что-нибудь передать?
- Открывай кабинет, пигалица. А ты –не рыпайся. Если в его кабинете нет ничего противозаконного, лады –уйдем. А найдем –закроем вашу лавочку, усекли?
- Минуточку вы не имеете права... Где ордер на обыск? Минуточку, у вас нет…
- Заткнись, ещё что-нибудь вякнешь в этом духе, посажу за помехи правосудию.
В этот момент с перерыва вернулся охранник.
- Так, Елена, кто эти господа?
- Говорят из поли…
- Пасть закрой, пигалица. А ты кто, местная вахта, чтоль? Вот и сиди, не вякай.
- Так, ещё одна хамская выходка с вашей стороны и я вас выпровожу отсюда.
- Закройся, власть здесь –мы. А ты тут так, для виду.
- Ордер есть?
- Какой те ордер…
Он замахнулся левой, а ударил правой. Однако удар, цели не достиг.
- Стоять! Никаких резких движений! Живо на колени! Лен, позвони Рассекайло.
- Но…
- Никаких но, Пётр предупреждал, что к нам могут сунуться всякие неадекваты. И не просто так дал нам этот телефон. Так что звони.
- Ну ладно, сейчас позвоню.
- Умничка.
- Слышь, козел, мы тебе райскую жизнь устроим.
- Пасть закрыл, устраильщик, фигов.
Геворкян был красный как рак, точно так же выглядел и Маврикадзе. Он попытался подняться, но тут же свалился на пол, словно мешок. Владимиру никогда не нравились наглецы, из-за чего он частенько ввязывался в драки и этот раз не был исключением. Благодаря Петру, он знал, его начальник всегда поможет.
- Козё…
- Тоже по загривку захотел?
- Нет.
Угрюмо буркнув это, Геворкян решил не выступать, у него не было официального разрешения на обыск и полагаться приходилось на начальство. Которое, в данный момент лежало без сознания. После этого предупреждения, он заметил камеру над дверью и решил спросить:
- Слыш, как тя там. Можно вопрос.
- Можно.
Владимир стоял позади и ждал приезда знакомого Петра. Он понимал, что противник, получивший такое предупреждение, не собирается сопротивляться и решил проявить вежливость повторно.
- Эта у вас там камера над дверью?
- Верно подметил.
- Звук пишет?
- А как же. Это правила, которые мы должны соблюдать по специфике. Если бы вы прочли табличку на двери приемной, вы бы это знали.
- Твою ж …
- Не ругайся.
- Да понял. Признаю, что не правы были, может, отпустите?
- Э не, не пойдёт. Если бы вы вели себя сдержаннее –не вопрос. А так, пожинайте то, что посеяли.
- Мля-я-я, ну чё те стоит? А мы обо всём забудем, лады?
- Ты, возможно. А вот он –точно запомнит. Ну да ладно, я не злопамятный.
Геворкян начал улыбаться, но следующая фраза сбила с него эту улыбку.
- Приедет Рассекайло, я ему скажу о твоей готовности всё забыть. Если он захочет –отпустит. Я не буду против.
- Ко…
- Молодец, соображаешь.
Так прошли оставшиеся тридцать минут. Когда приехал Рассекайло, с несколькими ребятами, он присвистнул.
- Так ребят, пакуйте этих гавриков, того который без сознания –пристегнуть.
- А этого, я знаю.
- Ваш знакомый?
- Его лицо мелькало, по-моему, Геворкан или Геворкян.
- Геворкян.
- Точно, чего ты тут забыл?
- Начальник сказал обыск провести.
- А чего вдвоём.
- Его решение.
- Не прикрываешь начальничка?
- А что, я за него отдуваться не собираюсь.
- Ладно, с тобой позже поговорим.
Бойцы, уже вернувшиеся от машины, подняли и увели Геворкяна.
- А ты не из робких. Не хочешь себя попробовать у нас? Я бы тебя взял.
- Вынужден отказаться.
- Хорошо платят?
- Не только, начальник отличный.
- Да, ваш Петр удивительный человек. Кстати, когда я разговаривал с ним, он сообщил что здесь всё записывается. Это так?
- Конечно, я сейчас принесу. Вам на что записать, диск или флэш-карта?
- Давай диск, точно не сотрется.
- Хорошо, подождите минутку.
Через тридцать минут он принес диск.
- Тут видео, с того момента как они вошли в здание и до момента их «упаковки»
- Отлично, благодарю. Если что –звоните. Лена, спасибо за беседу.
В отличном настроении, Рассекайло уехал по своим делам.
Спустя шесть часов, Геворкяна отпустили, а вот Маврикадзе задержался. Ему устроили наказание, так как за последние годы он насолил многим и уважение к нему мог испытывать только новичок. На следующий день, его выпустили. Но ночь в обезьяннике с бомжами его выбила из колеи. Понимая, что о его провинности никто докладывать не будет, он всё равно не мог позволить себе промах. Так как теперь, на него был и компромат, и злополучная фотография его «отдыха». О которых он узнал из записки, оставленной в кармане. Теперь, ему предстоял тяжелый выбор. С одной стороны –месть Петру, а с другой –распространение компромата. Это его убивало, так как в обоих случаях, была задета его честь.
Оборванные нити доброты –прикосновение дьявола.
- «Объекты» движутся в сторону **** шоссе.
- «Принято», маяк повешен?
- Так точно, поставили под заднее колесо. Работает стабильно.
- Молодцы, продолжаем следить, можете отстать немного. Пусть расслабятся.