Ответ заставил меня улыбнуться. Все, дорогие одноклассники, кончилось золотое время. Теперь я могу отомстить. Пусть даже эти амулеты у меня отнимут, я не могу не использовать свой шанс. Как же я ненавижу этих подонков…
А на Церелис не могу наглядеться. Странно, но разве плохо? Мне еще никогда не было так хорошо. И наплевать на все остальное.
Я еще раз улыбнулась. Теперь совсем по-другому, и, подхватив заранее собранную сумку, вышла в коридор. Слабость и головокружение никуда не исчезли, но меня они уже не интересовали.
И все же, проверить амулеты нужно. Больно так думать, но меня могли и обмануть, как бывало неоднократно в раннем детстве. Коридор был еще пуст, все спали. Я ударила себя по щеке — и ладонь замерла в сантиметре от кожи. Не обманули. Все, дорогие одноклассники, скоро вы поймете, насколько добра вчера отделавшая вас Церелис.
Нет, конечно, действовать открыто я не стану. Увидев амулеты, учителя поймут, что теперь и я под защитой клана Виалл, и, если все будет выглядеть благопристойно, опасаться их не стоит.
Мне известны все страхи этих тварей, все их слабые точки. Я не думала, что сумею этим воспользоваться, но ошибалась… А ведь на каникулах мои родственники обязаны приехать сюда. Хотя бы некоторые. Надеюсь, тогда амулеты все еще будут при мне — кто такие захудалые эльфийские аристократы против клана Виалл? Я улыбнулась… Или, скорее, оскалилась.
Как обычно, класс еще был почти пуст, и в нем царила тишина. Обычно я старалась держаться как можно незаметнее — не слишком успешно, потому что меня выделяла даже внешность, да и скрывать ум мне так и не удалось научиться. Хотя хотелось бы, может быть, тогда жизнь была бы легче. Я оказалась слишком умной и слишком непохожей на ребенка для того, что бы получить даже комфортное существование, а о любви не стоило даже говорить.
Может быть, умение притворяться и не помогало бы мне всегда. Но облегчило бы существование.
Впрочем, мне все же выпал шанс. И этой ночью я воспользуюсь им сполна. А пока просто буду наслаждаться неуязвимостью.
В любом несчастном случае одноклассники обвиняли меня, хотя причиной всегда была судьба или кто-то из них. И каждый раз мне приходилось очень плохо — да и дома все происходило точно так же. Я не могла позволить себе месть, даже исподтишка. Потому что найдись хоть одна улика, мне могла бы грозить даже смерть. А я всегда хотела жить, несмотря на всю мерзость окружающих людей и эльфов.
Никто не может ночью ходить по коридорам, кроме меня. Только мне удалось понять принцип действия заклинания — отчасти подслушав у старшеклассников, отчасти самостоятельно. Не думала, что смогу этим воспользоваться. Но теперь я это сделаю, потому что второго шанса не будет.
Начали собираться одноклассники. Я смотрела на мерзкие лица, но смотрела с радостью. Скоро им будет очень плохо. Некоторых не хватало — похоже, отлеживались после вчерашнего. На меня смотрели недобро и многообещающе. Верно, я впервые сидела прямо и не прятала свои чувства. Не заметить презрение и отвращение они не могли, а я именно их злости и добивалась. Приятно сознавать, что прятаться больше нет нужды. Амулеты работают, я в безопасности, и скоро начнется моя месть.
Скрывать злость тоже больше не было нужды… Да я и не смогла бы этого сделать, слишком сильными оказались эмоции.
Они не стали нападать до начала урока, никто не хотел связываться с учителем. Но сегодня контрольной не будет, и Маренн всегда выходит из класса на переменах. Значит, еще до полудня меня попытаются примерно наказать.
Я слышала, как они говорили о окончательно зарвавшихся темных сучках, необходимости объяснить, кто хозяин в светлых землях, и тому подобных вещах. Моя улыбка их разозлила еще больше. Церелис побаивались, но от меня никто не ожидал какой-либо попытки защитить себя — ведь раньше я никогда не пыталась отвечать на удары. Эти подонки привыкли к своей безнаказанности.
Появился учитель Маренн, и голоса сразу стихли.
— Объявляю оценки. Второй раз не повторяю, работы на руки не выдаю. — Это он говорил каждый раз. Еще один повод для всеобщей нелюбви. Выслушивать перечень чужих отметок мне не хотелось, тем более что я и так знала, что именно получу. Но пропустить мимо ушей слова, произносимые звучным голосом Маренна, было сложно. Звучали знакомые и такие ненавистные имена.
— Нэйле — пять. — Что?! Я с трудом сдержала удивление. Мне никто и никогда не ставил пятерок. Тройки, двойки, единицы и нули — сколько угодно. Но не пятерки. Исключением являлась немагическая самооборона, учителю Равиду плевать было на расу, его волновали только сила, скорость и усердие ученика. Этим я пользовалась, и к оборотню относилась очень хорошо. Он мне даже немного нравился.
Похоже, появление пятерки можно было объяснить только информацией о том, что у нас с Церелис хорошие отношения, дошедшей до учителя. Или он заметил мои новые украшения? Мои первые в жизни украшения, раньше я даже венок безнаказанно сплести не могла. Второе было вероятнее. Маренн не желал обижать представительницу клана Виалл, поставив ее подруге или хотя бы приятельнице тройку. Он терпеть мне мог демонов, но отличался редкостной практичностью. Неудивительно, что ему, по слухам, удалось сбежать прямо со сковородки у какой-то темной компании, и отделаться при этом легким уродством. Возможно, он нашел бы выход, даже будучи съеденным — от такого стошнит кого угодно, я признавала это, несмотря на неплохое отношение к Маренну.
Перечисление оценок завершилось. Как всегда, нулей и единиц было много, хотя имелись и пятерки, к примеру, у Лиары. Это меня злило. Такая уродливая, отвратительная тварь вообще не должна жить, и тем более не должна получать хорошие оценки. Ее я ненавидела сильнее многих, за особо мерзкую внешность и такой же голос, который к тому же звучал почти постоянно.
— Отрабатывайте написание отпугивающих рун, которые я дал вам на прошлой неделе. За шум — ноль, за ничегонеделание — ноль. — Я послушно достала бумагу с ручкой и начала отрабатывать. Контрольная была по теме позапрошлой недели, хотя конкретные типы заданий, ожидаемые на ней, Маренн указал только в прошлый четверг. Основной темой были именно эти отпугивающие руны, очень объемная область знаний.
Учитель прохаживался вдоль рядов и внимательно следил за классом. Любой шум или недостаточно интенсивную работу он замечал мгновенно, но на этом уроке пока что все было тихо и спокойно, до самой перемены.
— Отдыхайте. За шум при моем появлении — ноль. — С этими словами учитель Маренн вышел. Значит, было ровно десять часов тридцать минут — он никогда не ошибался.
Одноклассники немедленно зашевелились и зашумели. Я быстро убрала бумагу и ручку в сумку, которую поставила себе на колени и обхватила руками. У нее ведь никаких амулетов не было, а заменить ее я не сумела бы. Новая сумка стоит денег, которые я видела только в чужих руках.
Толпа, после вчерашнего, впрочем, заметно поредевшая, подошла ко мне. Сначала я выслушала оскорбления.
— Какой браслетик… Не для грязной темной. Ну-ка отдай! — Тира попыталась стянуть цепочку у меня с руки, но не смогла даже коснуться ее. Я поняла, что достаточно зла. Конечно, ничего нового в этом не было — что я и сказала. Одноклассников шокировал сам факт того, что я осмелилась ответить, и реакция последовала немедленно. Удар кулаком должен был скинуть меня на пол, но ничего не произошло, только агрессор стал трясти ушибленной рукой в воздухе. Я даже не почувствовала прикосновения, и рассмеялась. Амулеты работали, все происходило по-настоящему.
Мой смех впервые звучал в этой школе. В последний раз я смеялась очень давно, так давно, что даже не помнила обстоятельств, только ощущения. Плакать приходилось чаще, но четыре года назад прекратилось и это. Скорее всего, навсегда.
Меня начали бить всем скопом — но даже не отличающиеся особым умом одноклассники скоро поняли, насколько это бесполезно.
Заклинания вернулись к создателям. К сожалению, они были не очень опасны, и почти не причинили вреда.
Использовать бутылочки с зельями после вчерашнего они все же не решились. Когда одноклассники просто отошли, так ничего и не добившись, я рассмеялась снова. Теперь и мне удалось их унизить. Давно пора.