Договор… Я не знаю, что было написано в нем. Узнаю при нарушении — такие вещи всегда ощущаются безошибочно. Но нарушение легко может привести к моей смерти. И все же существует вероятность того, что его содержание было передано мне верно. Ведь иначе воплотился бы в жизнь более удобный вариант — убить меня или бросить израненным, не тащить с собой. И, даже если это не так, и я ошибаюсь, бежать мне некуда. Призрачный, теневой шанс связан с темными… И они действительно кровожадные твари — и я стану подобным созданием, если выживу. И я хочу этого — лучше быть живой темной тварью, чем мертвым святым. Никто ведь не гарантировал мне жизнь после смерти.
И все равно сильнейшее желание одно — бежать. Вскочить на ноги и нестись прочь, скрыться в лесу, избежать ужаса — что бы быть рано или поздно найденным сородичами и лишиться разума. Нет. Нельзя. Ради самого ценного — ради собственной жизни — можно стерпеть любую боль. Нужно.
Где я и что именно произошло — непонятно. И самому это не выяснить. Единственный путь к жизни, быть может, иллюзорный требует терпения и силы воли. Что ж — это у меня есть. Остальное отбросить. Мне не поможет даже ум, решение предельно просто… Жить.
И глупо надеяться на успешный побег — краем глаза легко разглядеть замершую совсем рядом служанку, уже не похожую на таковую… Убийца? Телохранитель? Я же не воин, хоть и хорошо подготовлен. Но она так похожа на лучших бойцов, что едва ли слабее их и даст мне победить. Я не воин, но я видел их. И даже если мое впечатление — ошибка, что это меняет?
Я осторожно прикрыл глаза, по-прежнему глядя на мир, но сквозь ресницы. Почему-то казалось, что так безопаснее — глупость. Какая разница? Я повернул голову — и только тогда заметил сидящую на поваленном стволе полукровку. Идиллическая картинка — светло — голубые локоны рассыпались по плечам, белая блузка, изящная поза и спокойное лицо. Никаких следов моей крови — словно и не было ничего. Да. И покрытый подсохшей алой жидкостью клинок на светлой траве… Только бы она не двигалась с места. Не подходила ко мне… Я не выдержу.
Она шевельнулась и произнесла несколько слов на незнакомом, шипяще — протяжном языке. Служанка отозвалась, не меняя позы. Только бы они говорили не обо мне… Демоница подняла на ноги и подошла к лежащему на траве клинку, взяла его в руки и сделала первый шаг в мою сторону…
* * *Церелис
— Хорошо… А чем были плохи те серебристые грибы? На вид вполне аппетитные… — Поинтересовалась я, на несколько секунд перестав целеустремленно опустошать пятое по счету блюдо с едой, стоящее передо мной на столе. Отец перенес меня домой — временно, потому что мне хотелось немного погулять по вражеским землям, занимаясь славными деяниями во имя темного государства.
— Бедняжка… Тебя совсем лишили нормального питания. Убивать их сразу определенно не стоило.
Что касается грибов — я перенес тебя в лес, принадлежащий одному из так называемых вольных эльфийских кланов. Помнишь, чем они отличаются от обычных? — Я принялась вспоминать, не прерывая процесс поглощения пищи. Наконец-то сколько угодно нормальной, великолепно приготовленной еды..! А эльфы… Да что-то вспоминается…
— От обычных эльфов они отличаются рядом расхождений в религиозных ритуалах, про которые я ничего не помню, и разведением новых видов флоры. Кажется, у них в лесах все растения, грибы и так далее уникальны… Мне нельзя есть уникальные растения? — Договорив, я вернулась к опустошению блюда.
— Уникальность упомянутых растений, грибов — особенно грибов — и так далее заключается в том, что все они, так или иначе, воздействуют на разум, и, при длительном употреблении, на тело. Это делает эльфов из вольных кланов весьма любопытной добычей, но употреблять их мясо желательно в ограниченных количествах. А употреблять то, что в этих лесах растет, можно только предварительно проверив на тех, чей разум не представляет ценности… — Я задумалась. Посмотреть на последствия употребления было бы любопытно, но и Нэйле, и Флеан, и даже Шашлык нужны мне разумными. Проверять на себе я тем более не стану — совсем не хочется сходить с ума. Ммм…. Отец, возможно, одолжит мне кого-нибудь? Судя по эмоциям — одолжит, и он ожидал именно такого поворота событий.
— Ясно… А у тебя нет никого, на ком я могла бы поэкспериментировать? — Я знаю, что есть, но я не знаю кто это — и мне интересно.
— Ты ведь знаешь, что есть. — Отец улыбнулся.
— Но я не знаю, кто… — Я задумчиво облизала ложку. Вкусный соус… А у врагов подобные жесты почему-то считаются некультурными. Видимо из-за того, что языки у них не слишком красивые, и гордиться ими не стоит.
— Демоны, конечно — проверять лучше на них, если ты все же решишь попробовать какой-нибудь гриб или траву. — Ну, жевать траву я едва ли стану, она меня интересует только в качестве приправы. Какие демоны, мне было ясно — преступники. В своде законов много пунктов, нарушение которых карается пытками и смертью. А из трупов делают фарш для животных — на большее соплеменники в нормальных условиях не годятся… В ненормальных, конечно, в пищу пойдет кто угодно.
— А сколько их? — Возможно, расход материала будет большим…
— Семеро. Молодые, и, конечно, лишенные возможности навредить тебе. Им повезло — заслужат быструю смерть, если ты будешь довольна. — Да, если я буду довольна, им действительно повезет — в каждом подразделении стражей есть хотя бы один специалист по пыткам, и весьма компетентный. Наше государство прекрасно организовано — еще ни один бунт не ушел дальше критики в адрес правительства. Не удивлюсь, кстати, если мои подопытные были виновны именно в этом. В таком случае они уже имеют проблемы с разумом… Критиковать отца, технодемонов или кого-то из высокопоставленных демонов очень глупо.
— В чем они виновны? — Я пододвинула к себе следующее блюдо. Еда… И как можно было меня этого лишать?! Хуже могла быть только разлука с отцом, без возможности встречаться даже во сне.
— Трое — критика текущего устройства темного государства. Им не нравилось то, что многие пункты, для представителя союзных рас означающие только штраф или рабство, для демона значат смертную казнь. Они, видимо, совсем забыли о том, что наша психика устроена иначе, и другие меры часто неэффективны. Потом нападение на стража — эту пришлось сначала спасать от смерти, даже стражи низших подразделений прекрасные бойцы. Внутренние враги сейчас были бы опаснее внешних, нельзя дать им возможность появиться… Двое — беспорядки в общественных местах, на самом деле, конечно, просто потенциально неблагонадежные элементы. И один — нелегальное вступление в товарно — денежные отношения. Неразумно пытаться подрывать экономику. — Сообщил отец. Хм, а он определенно давно подготовил все для такого варианта событий, эмоции его выдают. Отец, конечно, мог бы закрыться, но зачем? Ему нечего от меня скрывать.
— Понятно… — Я прислушалась к собственным ощущениям и поняла, что если я съем еще немного, никакие грибы и подвергшиеся воздействию эльфы в меня просто не поместятся.
— Тогда я немного полежу и подумаю, а потом пойду гулять с этими преступниками. Моя комната там же? — Я поднялась и одернула подол ночной рубашки. Нужно будет переодеться, прогулки по лесу в таком виде — это романтично, но в мои планы романтика не входит.
— Твоя комната в полном порядке. Отдыхай. — Ласково произнес отец. Я обняла его, прощаясь, и телепортировалась к себе. Как же давно мне не приходилось этого делать… Всегда ходить самой — это же так скучно. Конечно, развлечения в школе были, но дома все определенно лучше.
Некоторое время было посвящено сну в теплой и мягкой родной кровати. Совсем не то, что школьная. Дома все просто замечательно…
Проснулась в чудесном настроении. Такой безмятежной радости мне никогда не приходилось испытывать в школе — только здесь. Я почти забыла это чувство. И месть будет страшна, но с ней не к чему спешить. Пока что займусь другими делами…