Со своим разочарованием родители справлялись каждый по-своему.
Макс родился на год позже Йохана, который уже был поздним ребенком. Вероятно, именно поэтому отец изначально относился к Максу как к досадному недоразумению. Он воспитывал младшего сына в духе старой школы. Возражения не допускались. Крепкое рукопожатие герр Винтер считал священным, а кроме этого, безошибочным признаком хороших манер. То же самое относилось к пощечинам, которые он отвешивал сыну.
Отцовская суровость отца была, пожалуй, в чем-то на руку Максу, поскольку порождала протест в сердце матери — беспомощный малыш, так похожий на нее саму и оттого казавшийся ей женственным, вызывал у нее сочувствие.
Уже через несколько дней после родов мать стала обращаться к Максу особенно высоким голосом. В дальнейшем при разговорах с ним ее голос звучал в среднем на малую терцию выше, чем в общении с его братьями.
Несмотря на непростые обстоятельства детства, Макс рос ребенком, которому все хором пророчили блестящее будущее. Он был поразительно красивым кудрявым мальчиком, спортивным и успешным в учебе, который, однако, любил побунтовать. В отчем доме он подчинялся строгим правилам, а вне его давал себе волю.
В семье наиболее близкие отношения связывали Макса с Йоханом, который был стройнее младшего брата и потому выглядел более юным. Как и все мальчишки из семейства Винтеров, Йохан и Макс играли в футбол. Макс показал себя способным футболистом, и вскоре они с Йоханом тренировались в одной команде. В отличие от братьев, Йохан и Макс любили занятия музыкой, чем укрепляли уверенность отца в том, что надежды на продолжение семейного бизнеса правильнее возложить на старших сыновей.
Когда Макс переходил в среднюю школу, отец поставил его перед выбором. Нельзя заниматься всем и сразу, сказал он ему. Любое дело требует отдачи, а посему, если Макс надеется преуспеть, он должен сконцентрироваться на чем-то одном. В противном случае при всех своих талантах он станет разве что одним из многих. Разбрасываться по мелочам вредно. Не думает же Макс, что его отец смог бы купить для семьи красивый дом с видом на озеро, если бы не подчинил все свои устремления заботам о развитии банка, который унаследовал от своего отца?
Итак, футбол или фортепиано? Макс отдал предпочтение спорту (отец тайком потирал руки). Сделал свой выбор и Йохан, самый молодой гитарист в кантоне, уже посещавший уроки в консерватории. К ужасу своего педагога, Йохан тоже решил стать спортсменом.
17
В двенадцать лет Макс поступил в школу-пансион, где помимо основной программы взялся изучать древние языки. Как и в случае отца и старших братьев, местом учебы юного Винтера стал престижнейший «Институт ауф дем Розенберг» в Санкт-Галлене.
Там Макс провел последующие шесть лет, уезжая на праздники и примерно на каждые третьи выходные.
Во всемирно известном интернате с помпезным кампусом, расположившемся между парком и лесом, Макс впервые по-настоящему вырвался из-под влияния родительского поколения — так он называл отца и мать после того, как на уроке биологии узнал о принципах доминантно-рецессивного наследования на примере плодовой мушки дрозофилы. В Санкт-Галлене Макс отрывался со сверстниками и занимался всем тем, от чего родители обычно надеются защитить отпрысков, отправляя их в интернат. Он пил алкоголь и курил марихуану. В него влюблялись девушки — и те, которые в теплых влажных сновидениях уже грезили о плотской любви, и те, что испытывали более целомудренные чувства и тем самым доставляли меньше головной боли Максу и воспитателям пансиона.
В интернате Макс тоже бунтовал — в частности, вступал в стычки со старостами. Но среди сверстников он был популярен, а это важно, особенно на первом году учебы, когда под одной крышей собираются десятки безжалостных двенадцати-тринадцатилетних чудовищ, неосознанно исповедующих социал-дарвинизм, и начинают практиковать принцип выживания сильнейшего, перенятый ими на уроках биологии у плодовых мушек. А зов матушки-природы велит выдавливать слабаков в отведенное ею место на задворках и упиваться своим превосходством.