Теперь я снова курю, причем уже довольно давно.
Выписка по кредитной карте Макса — сплошные загадки. Вот покупка авиабилета второго февраля. Вот плата за проживание в отеле «Тиффани Даймонд» в Дар-эс-Саламе четвертого февраля. А дальше, с четвертого по восьмое число, в банкоматах в разных районах города с карты ежедневно снимаются наличные. Суммы варьируются от восьмидесяти до четырехсот франков, по две тысячи франков в день. Скорее всего, две тысячи — это суточный лимит, а десять тысяч — месячный.
Изучаю в интернете котировки валют за февраль 2014 года. В течение пяти дней курс шиллинга ежедневно понемногу снижался. В среднем один франк стоил тысячу восемьсот шиллингов. Итак, пять дней подряд Макс снимал по три миллиона шестьсот тысяч шиллингов. Самая крупная банкнота имеет номинал десять тысяч. Даже если банкоматы выдавали Максу только такие купюры, это все равно горы денег. Неужели он планировал уйти с радаров банковской системы и расплачиваться только наличными? А может, его карту украли? Или он одолжил кому-нибудь крупную сумму?
Выписка по счету, которую мне переслали братья Макса, заканчивается этими операциями.
Поразмыслив, я звоню Максу. Может, этот Пол Сим что-нибудь знает, может, я сумею его найти? Вероятность, конечно, невысока, но мы зашли так далеко, что было бы жаль не проверить эту догадку. И даже если грабителям удалось улизнуть, кто-нибудь в Нунгви что-нибудь да вспомнит о том случае. Перелет я готов оплатить сам, мне так или иначе требуется отдых. И если на Занзибаре я ничего не обнаружу, Максу не придется компенсировать мне расходы на проживание.
Кажется, он немного удивлен моим внезапным желанием рвануть на Занзибар, но все же одобряет это предложение. Если я что-нибудь отыщу, мой перелет Макс тоже оплатит. А временные затраты компенсирует в любом случае.
Я не могу сейчас оставаться в Загребе. Но и вернуться в родной город пока тоже не могу. Мне нужно сменить обстановку. Меня тянет в Вукоебину. «То je u Zanzibaru». Если туземцы меня съедят, так мне и надо.
82
В среду, тринадцатого декабря, в Загребе бушует метель. Я покупаю туристический рюкзак. Потом звоню отцу и рассказываю ему о своих планах.
Мой прививочный сертификат и другие документы находятся у него. Я прошу папу связаться с врачом-тропикологом и узнать, нужно ли мне повторять какую-нибудь прививку. Через полчаса отец перезванивает. Надо заново вакцинироваться от столбняка. Что ж, буду искать специалиста в Загребе.
Осведомляюсь у отца, что ему известно о его двоюродном брате, у которого есть дом на Занзибаре.
— Ты не помнишь, где именно он находится?
— Нужно уточнить, я что-то запамятовал.
— Случаем, не в Джамбиани?
— Может, и там. Выясню.
Кроме того, я прошу отца узнать, нельзя ли мне будет поселиться в этом доме на месяц. На сей раз я хочу никуда не торопиться. Если закончу дела раньше или мне там надоест, поменяю билеты.
Мы разговариваем по телефону дольше, чем обычно. Когда с практическими вопросами улажено, беседа начинает нас тяготить. Сам не знаю почему, я вдруг выкладываю отцу правду об Ане. Он слушает не перебивая. В завершение своего рассказа я говорю, что не понимаю, как мне поступить — уехать или все-таки попытаться спасти наши с Аной отношения?
Отец вспыхивает, будто спичка.
— Не будь идиотом! — сердится он. — Эта женщина высасывает из тебя радость и силу! Такому человеку помочь нельзя. Она тебе всю жизнь испортит! — Немного успокоившись, он добавляет: — Я знаю, как это больно и сложно. Но иногда нужно мыслить рационально.
На следующий день папа звонит снова:
— Представляешь, дом действительно находится в Джамбиани.
— Серьезно? Макс тоже был там. Я должен ехать туда!
— Судя по карте, Джамбиани довольно большой поселок.
Он поговорил с двоюродным братом, и тот позволил мне пожить в его доме. Денег с меня он не возьмет, если не считать пятидесяти франков за ночь — в эту сумму входит оплата труда работников, которые круглогодично присматривают за домом. Предварительно мне надо будет навестить дядю в Швейцарии. Папа диктует мне его адрес и телефон. Мы завершаем беседу.
Бронирую рейс в Швейцарию на пятницу, пятнадцатое декабря, договариваюсь о встрече с дядей и тетей в их цюрихской квартире в субботу и беру билет на рейс Цюрих — Дар-эс-Салам на семнадцатое.