Выбрать главу

Ник залился смехом:

– Ну, подожди у меня! Теперь в нашем распоряжении целых два дома, и оба пустые, так что не надейся спрятаться.

– Одни обещания, – насмешливо парировала Аби, чувствуя, как у нее перехватывает дыхание от жаждущего взгляда Ника.

– Ах так… Сегодня вечером не проси пощады, – шутливо пригрозил он и вдруг посерьезнел: – Аби, нам надо кое-что обговорить.

– Давай оставим до вечера. Иначе я подумаю, что ты просто отлыниваешь от работы, – весело проговорила Аби и полезла на стремянку подать Нику следующую картину. – Кстати, пора открывать магазин.

Она отперла входную дверь и забрала корреспонденцию у подошедшего в этот момент почтальона. Быстро рассортировав бесчисленные каталоги, деловые бумаги и журналы, она обратила внимание на белый конверт: опять "Кредит-Х"!

Обычно они рассылали свои компьютерные угрозы в оранжевых конвертах, и Аби настороженно сверила обратный адрес: да, тот же. Но прежние письма были адресованы на магазин, а это – непосредственно ей. В остальном конверт как конверт, ничего особенного. Аби прикусила нижнюю губу, припоминая содержание последнего письма. Что-то они там писали о законе… Неужели ее привлекут к судебной ответственности?

– Эй, Аби, что там?

Она подняла глаза и увидела, как внимательно смотрит на нее Ник. Нет, она никому не позволит испортить им сегодняшний вечер! К черту "Кредит-Х"!

– Счет из компании, рассылающей календари, – солгала она, ничем не выдав своего беспокойства. – Кажется, я поторопилась с заказом.

Она выдвинула ящик и свалила в него всю корреспонденцию, подальше, с глаз долой. Нику она все расскажет потом. Может быть, он что-нибудь посоветует.

– Я принесу из машины последние две картины, а ты присмотришь пока за магазином?

– Ну конечно. А тебе не помочь?

– Нет, картины небольшие, справлюсь.

Ник старательно пристраивал картину на гвозде – так, чтобы она висела ровно. В это время раздался звон колокольчика, возвестивший о приходе первого покупателя.

– Вот так дела! – услышал он знакомый голос. – Новая роль, Доминик?

Он провел языком по враз пересохшим губам. Глянув вниз, он обнаружил, что голос ему не почудился: перед ним и в самом деле стояла Мэри Рэйнольдс собственной персоной.

Она сняла темные очки, закрывавшие пол-лица, и улыбнулась, как ему показалось, змеиной улыбкой. Отсюда, сверху, ее глаза выглядели как блестящие черные ониксы.

– Вот так проходит мирская слава. Бывший президент компании и знаменитый писатель развешивает картины! – За идеально белыми зубами ему чудилось мелькание ее змеиного язычка.

– Мэри, какого черта ты тут делаешь? – не скрывая раздражения, спросил Ник.

Она смахнула воображаемую паутину с белого платья, поправила тонкий красный поясок из змеиной кожи, подчеркивавший ее осиную талию.

– Кажется, мы не поставили точку в наших отношениях? – она нежно улыбнулась.

– О чем ты говоришь? – со злостью спросил Ник, не сводя с нее пристального взгляда.

– О том же, о чем говорила еще до твоего исчезновения из Нью-Йорка. Со мной никто не расставался так, как ты. А ты знаешь: я ничего не забываю и не прощаю.

– Черт возьми, да между нами не было никаких таких "отношений"! Ты использовала меня. Я старался не остаться в дураках. Вот и все наши отношения, – грубо изрек Ник.

– Я тебя не использовала, – прошипела Мэри и добавила, помолчав: – Я-то думала: поеду, отдохну немного у моря. Посмотрю, как ты. А твоя любимая мисс Уэтэрби не говорила, что я вчера была тут?

– Ты?.. Ты разговаривала с Аби? – он похолодел от одной мысли об их знакомстве: эта наглая красотка может наговорить чего угодно!

– Нет, – ответила она, с преувеличенным интересом разглядывая свои ярко-красные коготки. – Зато ее сестра – кладезь информации.

– Неужели? – изумился Ник.

– Ее просто не остановить, едва разговор заходит о тебе и о ее сестре. Немало ты успел за четыре недели, а, Доминик? Во-первых, новая книга. Если верить юной мисс Уэтэрби, совершенно потрясающая. Будущий бестселлер. Ну и, конечно, твоя… м-м-м… связь со старшей мисс Уэтэрби.

– У нас с мисс Уэтэрби отнюдь не "связь", – зло сощурившись, отчетливо проговорил Ник.

– Да-да-да, – саркастически произнесла Мэри. Она подошла вплотную к стремянке. Ты ее любишь, не правда ли? Она очень много для тебя значит? – Мэри потеряла над собой контроль, и последние слова буквально провизжала.

– Да. И что?

Его ответ пробудил в ней дикую ярость.

– Что ты в ней нашел? Чем она лучше меня? – вопрошала Мэри, и видно было, как тело ее злобно тряслось под тонкой тканью платья.

– Не знаю, как тебе объяснить…

– Она даже не красавица! – билась в истерике Мэри. – Разве можно сравнить ее со мной?

– А ты сейчас утратила даже и внешнюю красоту, – не выдержал Ник. – И вообще наш разговор бессмыслен. – Он помолчал. – Скажи лучше, каким образом ты нашла меня?

– Билл Йорк поведал мне о проблеме, которая возникла в отношениях между "Кредитом-Х" и некоей мисс Абигайль Уэтэрби. Поведал и о том, как близко к сердцу ты принял это. Вроде бы ты приказал уничтожить проблему вместе с конфликтующей стороной, – громко, наслаждаясь его растерянностью, проговорила Мэри, ибо заметила возле дверей полосатое платье Аби.

– Какого черта Йорк с тобой разоткровенничался?

– Доминик, неужели ты еще не заметил по себе, что мужчина в горизонтальном положении становится очень разговорчивым? – ласковым тоном съязвила Мэри. – У меня почти никогда не возникает проблем с получением нужной информации. Даже если это информация секретная или очень личная. Вот так, Дом.

Она взяла со стеллажа один из последних бестселлеров:

– Да здесь просто золотая жила! Я это уже поняла. Торговля идет хорошо, о коллекции картин и говорить нечего. Думаю, ты мудро поступил, что приехал сам. Ты не только талантливый писатель и умный деляга – ты еще ловкий актер: Аби ты убедил, что любишь ее. Я так и вижу заголовок в газетах: "Доминик Маквэл Бэннет, президент компании "Кредит-Х", приобретает прибыльный магазин, отдыхая в Вирджинии!"

Ее голос звучал четко и громко. Довольная своей местью, сверкая черными глазами, она повернулась к Аби, которая от неожиданности и ужаса не могла двинуться с места.

– Зачем тебе все это, Мэри? – крикнул Ник, тоже увидев напуганную до смерти Аби.

Спрыгивая вниз, он задел молоток, и тот с громким стуком упал на пол, покрытый линолеумом. Аби отшатнулась: этот звук был как повторение того выстрела, который она услышала, когда в белом теннисном костюме и с ракеткой в руках входила в свой дом в Чикаго.

– Аби! – Голос Ника вернул ее из прошлого. – Аби, послушай! Я все объясню.

Он подошел к ней вплотную.

– Кто ты? – тоненьким голоском спросила Аби.

– Он президент "Кредита-Х", – ответила Мэри, встав между ними. – Скажи ей, Доминик, что я не вру.

– Отстань…

Он протянул к Аби руку, но Мэри оттолкнула ее.

– Наверное, вам очень неприятно, – Мэри улыбнулась хозяйке магазина и положила ладони на грудь Нику. Ее длинные красные ногти на миг представились Аби кошачьими когтями. – Ужасно неприятно, когда узнаешь, что тебя использовали. Никому это не нравится.

– Заткнись, Мэри! – рявкнул Ник, стряхивая ее руки.

– И не подумаю заткнуться, – прошипела Мэри. – Аби должна знать, как много ты значишь для меня, как мы с тобой близки. Мы были неразлучны, барышня, пока Ник не уехал из Нью-Йорка. Только дела могли заставить нас расстаться хотя бы ненадолго.

– Проклятье! Мэри, неужели в тебе нет ни капли порядочности?

Он тряхнул ее за плечи и отшвырнул.

Аби закрыла глаза. Ей словно рассекли топором голову. Образы из прошлого затмили реальных людей. Словно издалека до нее доносились голоса находившихся рядом людей, и эти голоса, как эхо, повторяли кошмар из прошлого.