— Есть какие-то сложности? — Марион видела, что девушка смотрит на неё с сомнением и о чём-то усиленно думает. — Дизайн кабинета мсьё Маснада — это единственный заказ, который вы хотели выполнить в этой фирме?
— Нет, это не единственный заказ, на который я рассчитывала. — Катрин подошла к столу и быстро собрала свои вещи, оставив только открытый ноутбук. — Но дело в том, что я опоздала. Фирмой был уже нанят известный дизайнер для оформления этажа под офис. Я эту работу получила чисто случайно.
— Нет, не случайно, — возразила Марион. — Если Энзо решил выбрать вас, значит, он действительно что-то увидел в ваших работах. — Тут в её глазах появилась доброжелательное выражение, и она тихо спросила: — Вы мне покажете?
— Да, я вам покажу. — Катрин отодвинула стул. — Присаживайтесь. У меня нет с собой портфолио, но все мои работы, проекты, фантазии, — она улыбнулась, — всё здесь.
Марион расположилась за столом, подтянула ближе коврик с мышкой, ожидая дальнейших указаний. Про себя отметила, что дизайнер, как и она, не использует тачпад.
— Откройте папку «Старое», — Катрин указала на значок. — Посмотрите, с чего я начинала. Потом вот сюда — «Презентация», «Новое», «Энзо Маснада». — Марион подняла на неё удивлённый взгляд. — Да, я скоро завершу проект его кабинета; думаю, ещё дня два — и он будет готов к сдаче. Полистайте. Если вдруг вас привлечёт какая-то деталь — обстановка, материал, цвет — скажите мне, я открою вам программу, где вы сможете на это взглянуть в трёх проекциях.
А через какое-то время в кабинете развернулся жаркий спор, так умеют отстаивать своё мнение только девочки. Марион до такой степени увлеклась, где и что должно находиться в помещении, что схватила чистый лист бумаги с подоконника и начала рисовать квадратики, подписывая их: стол, стул, диван, столик, шкаф. При этом Катрин, умеющая нарисовать в мельчайших деталях любой предмет, подхватила её идею и точно так же малевала квадратики, с жаром доказывая, что, по её мнению, такое расположение деталей интерьера будет наиболее выгодно. Потом они перешли к цветовой гамме и материалам, из которых должны быть сделаны мебель, светильники и другие дополнения в интерьере. Они так увлеклись, что не заметили гостя. Поэтому, когда Габриэль заговорил, обе девушки вздрогнули.
— Что происходит? — он переводил возмущённый взгляд с одного лица на другое.
— Здравствуйте, — Марион поднялась из-за стола. С её лица исчезла улыбка, взгляд стал холодным и оценивающим. — А что происходит? — вопросом на вопрос ответила она.
Катрин опустила крышку ноутбука и скомкала изрисованный лист в руках.
«Интересно, как долго он тут стоит? И что успел услышать?»
Она испытывала смешанное чувство по отношению к гению-дизайнеру: с одной стороны, это было восхищение тем, кто смог добиться таких высот, а с другой — как человек — он был ей неприятен. Нет, она не знала, что именно её беспокоит, но каждый раз при встрече с ним возникало чувство неловкости.
— Хорошо, я спрошу иначе. — Глаза Габриэля превратились в узкие щёлочки. Он осуждающе посмотрел на Катрин и с упрёком — на Марион. — Вы что, обсуждали с ней дизайн вашего кабинета?
— Да, обсуждали. — Марион не понравился тон дизайнера, но годы работы с людьми кое-чему научили её. Она улыбнулась, стараясь смягчить обстановку. — Оказывается, это так увлекательно, самой себе подбирать мебель и материалы.
— Да, это очень увлекательно, но я хотел бы знать, почему вы это обсуждаете с ней? — дизайнер ткнул пальцем в сторону Катрин, она на всякий случай отошла в сторону.
— Я хочу сделать индивидуальный заказ, — спокойным тоном ответила Марион.
— Очень хорошо, — подхватил мсьё Делавинь. — С удовольствием выслушаю все ваши пожелания.
— Я хочу сделать индивидуальный заказ у неё, — и блондинка тоже указала рукой на Катрин.
«Ой, мамочки! Ы-ы-ы!»
Катрин растянула губы в искусственной улыбке, потому что дизайнер и девушка, один — с возмущением, вторая — с надеждой, смотрели на неё.
Глава 13. Коллеги
Катрин очень хотелось с силой зажмуриться, а ещё, чтобы в кабинете никого не оказалось, когда она откроет глаза. Кроме того… она до ужаса боялась момента, когда Марион выйдет из кабинета.
«Трусиха! — обозвала она себя, и, как ни странно, это немного придало ей смелости. — На дворе двадцать первый век, и тебе не шестнадцать лет».
Всё это время она боялась даже взглянуть на гения-дизайнера, а тут посмотрела, и это было ошибкой. Габриэль смотрел открыто, почти спокойно, но на дне его глаз плескалась ненависть, расширенные крылья ноздрей трепетали, на скулах вздулись желваки, а губы сжались в тонкую ниточку. Не было больше утончённого великосветского денди, в полной мере владеющего своими эмоциями; перед ней стоял очень опасный мужчина.