— Что-о-о? — Катрин забрала свою руку, повернулась на бок и подпёрла ладонью щёку, чтобы лучше видеть его лицо. — Слушай, давай договоримся: ничего мне не нужно платить! Ясно?
— Почему? — Максим тоже повернулся на бок, лицом к ней. — Мы же заранее договаривались об оплате, и ты согласилась. — Его лицо вдруг приняло прежнее выражение: исчезла мягкость в чертах, а взгляд стал колючим. — Катрин, я всегда довожу сделки до конца, чего бы мне это ни стоило.
— Во-первых, это никакая не сделка! Во-вторых… — она замолчала, стараясь припомнить тот разговор. — Да, я согласилась, но я думала, что речь идёт о тех же услугах, что я оказывала на благотворительной выставке. А это совсем другое. — В её голосе зазвучала горечь: — Максим, ты у меня в гостях, понимаешь? А за это у нормальных людей не принято брать деньги.
Сердце сжало тисками обиды: «Вот же непробиваемый! Взял и всё испортил».
— Тогда я тебя отблагодарю по-другому, — улыбнулся он задорно и открыто, совсем не замечая застывшей в её глазах досады. А может, всего лишь не видя из-за тени, падающей на её лицо. — Можно?
— Не нужно! — Процедила сквозь зубы Катрин, двигаясь к тому краю, где стояла лестница. — Пошли в дом, пора спать ложиться.
— Да что опять не так?
— Да всё не так! — разозлилась она. — Не нужно всё мерить деньгами. Не нужно, понимаешь?!
— Нет, подожди. — Он схватил её за руку, не давая поставить ногу на лестницу. — Чем я тебя снова обидел?
— Ты меня не обидел, — зло выпалила она, с силой потянув свою руку, но Максим держал её крепко. — Я устала и хочу лечь спать. Отпусти!
— Нет. Я хочу объясниться.
— Катрин! — требовательно позвала Светлана.
— Да, мам, — девушка свесила голову вниз.
— Всё в порядке? — поинтересовалась мать тихим, чересчур спокойным тоном. Ей очень не понравилась их перепалка. Нет, она не хотела подслушивать, просто они слишком громко разговаривали.
— Всё хорошо.
— Тогда давайте в дом, — сказала Светлана и осталась стоять рядом со стогом. Теперь она ни за что их одних не оставит. — Уже поздно.
— Идём. — Катрин поставила ногу на лестницу и быстро спустилась вниз, взяла мать под руку и сама потащила её к дому.
Максим провожал женщин взглядом, оставаясь на стоге.
— Как же всё сложно! — Рухнул на спину и уставился в звёздное небо, в точности копируя позу Катрин: положив руки под голову и закидывая ногу на ногу.
Глава 39. Навстречу рассвету
Катрин очень долго крутилась и не могла заснуть. Из головы всё не шёл последний разговор c шефом. Зря она, конечно, на него нарычала. «Ну вот, спрашивается, и чего я разозлилась? Он же честно поделился своими взглядами на жизнь. И предложение заплатить ей за этот уикенд вполне в его духе. М-да, некрасиво получилось!»
Перед её глазами предстало довольное лицо Максима и это его загадочное: «Тогда я тебя отблагодарю по-другому».
«Интересно, что он имел в виду? — И усмехнулась: — Вот же оно — женское любопытство!»
За всеми этими размышлениями она не заметила, как заснула. Её разбудил будильник, который она сама завела с вечера. Она не могла уехать, не повидавшись с Машкой. Так звали её пегую строптивую лошадку — она была для неё верным другом. Ну и навестить, конечно, Черныша — молодого жеребца, которого отец приобрёл в прошлом году. Когда она ещё в следующий раз попадёт домой!
Катрин быстро оделась для верховой езды и осторожно спустилась вниз. В гостиной было тихо. Максим спал, но, к сожалению или к счастью, она его не могла видеть. С лестницы видна была только спинка дивана. Прокралась на кухню и набрала угощения для своих друзей: яблоки для Машки и морковку для Черныша, пару кусочков хлеба.
Возвращаясь обратно, нечаянно задела стул в гостиной, и он предсказуемо грохнулся на пол. Из-за спинки дивана тут же показалась голова Максима. Он выглядел взъерошенным воробьём, смотрел с удивлением и явно ничего не понимал.
Перед ним стояла Катрин в костюме для верховой езды, через плечо перекинута сумка.
— Привет, — спросонья проговорил он жутко скрипучим голосом. — Что, уже пора вставать?
— Да нет! Ещё очень рано. Спи давай.
— А тогда куда ты собралась? — он подозрительно приподнял брови.
— Хочу проехаться.
— Я с тобой. — Максим подорвался с дивана и грохнулся на пол, запутавшись в одеяле. — Я в порядке. Всё хорошо. — Послышалось недовольное пыхтение и какая-то возня. — Я просто не умею спать на узких диванах. Сегодня раза два чуть не упал, когда пытался перевернуться с одного бока на другой.