Они ворвались в неглубокий ручей, разбрызгивая вокруг себя воду и по-детски веселясь. Впереди, у самой кромки горизонта, показался краешек солнца. Он был совсем тонким, но поразительно ярким. Всё тут же окрасилось в розовый цвет. Они, не сговариваясь, помчались ещё быстрее, словно старались достичь его. А тем временем полукруг на горизонте становилась всё больше и больше. Сияние становилось всё ярче, и солнце неудержимо рвалось ввысь. Через мгновение оно оторвалось от края земли и поплыло по голубому небу. Наступил новый день.
Максим вдруг привстал в стременах и заорал во всю мощь своих лёгких, оповещая окрестности о радостном событии: «Ю-ху!» А Катрин засмеялась в голос, пытаясь повторить его вопль.
— Нельзя быть таким счастливым! Сердце просто может не выдержать. — Максим остановился на пригорке и наблюдал за солнцем. Его грудь часто вздымалась, как бывает от быстрого бега, говорил он немного с придыханием, а глаза горели восторгом. — У меня такое чувство, словно я заново родился. Странно! Ведь за ночью всегда следует день, и рассвет непременно наступает, но всё это проходит мимо нас.
Катрин остановилась рядом, понимающе посмотрела на него. Каждый раз, встречая рассвет, она испытывала точно такие же чувства. Подъехала ближе и просто взяла его за руку. Максим с благодарностью сжал её ладонь.
Они вернулись в дом как раз к завтраку, немного уставшие, но определённо счастливые. Светлана как раз допекала последнюю порцию оладушек, когда они вошли в дом, взявшись за руки и не отводя друг от друга взгляда. Женщина мысленно ойкнула. Только слепой не заметил бы, как между её дочерью и гостем всё искрится от переполняющих их чувств. И сейчас, глядя на это, она решила ничего не говорить Катрин, хотя ещё накануне была настроена высказать всё, что думает по этому поводу. Перевела взгляд на мужа: Жерар тоже выглядел обеспокоенным и смотрел напряжённым взглядом на гостя.
Глава 40. Настоящая ошибка — перестать пытаться
Почему-то разговор за завтраком не клеился. Катрин полностью была поглощена гостем, рассказывая о своих задумках, над которыми уже начала работать. Максим с восхищением внимал каждому слову и поедал её глазами. А родители сидели напротив и наблюдали за ними. Светлана дотронулась до руки мужа и слегка сжала её.
— Ну ладно. — Жерар поднялся из-за стола. — Пора мне. — Наклонился и поцеловал жену в макушку. — Спасибо, дорогая. — Нахмурился, когда эти двое даже не взглянули на него. — Ну что, ещё увидимся. Скоро вернусь. — И быстро вышел.
Катрин кинулась за отцом.
— Я сейчас! — бросила она через плечо и вылетела из кухни. — Папа! — закричала она, выбегая за ним на двор. — Ты куда?
— Да я ненадолго. Мне нужно дойти до Жоржа, забрать наш старенький пикап. Он вчера звонил, сказал, что машина готова. Целую неделю с ней возился.
— А что с ней было? — поинтересовалась Катрин, подходя ближе к отцу и поправляя на нём шляпу.
— Так двигатель застучал. Совсем же старичок стал. — Жорж засмеялся: — Не я, пикап. Я ещё хоть куда.
— Вот нисколько не сомневаюсь. А можно, я сама заберу машину? — с надеждой в голосе поинтересовалась Катрин. На лице Жерара появилась улыбка. — Мы с Максимом пройдёмся. Здесь же совсем близко, если идти через наши поля.
— Зачем это ещё? — снова нахмурившись, подозрительно поинтересовался он.
— Просто так, — соврала Катрин. Но всё было далеко не так просто. Она кое-что задумала и непременно хотела попробовать это осуществить. — Очень хочется посмотреть, как в этом году поднялась рожь. — Отец сразу приосанился и довольно заулыбался: он гордился своими полями. — Не волнуйся! Всё будет хорошо. Мы скоро вернёмся.
— Ну, хорошо, — согласился Жерар. — Тогда займусь другими делами.
Катрин поцеловала отца в чисто выбритую, пахнущую мужским лосьоном щёку, и бегом припустила на кухню за шефом. А через какое-то время они уже шагали по полю молодой ржи, и Катрин говорила и говорила, рассказывая, как отец поднимал хозяйство, как родители терпели убытки, брали кредиты и, чтобы отдать их, снова влезали в долги. Максим внимательно слушал историю её семьи. Он не задал ни одного вопроса, ни разу не перебил её. А на его лице блуждала задумчивая улыбка.
Лишь когда они подошли к соседской ферме и пошли по дороге, ведущей к воротам, он тихо поинтересовался: