— Здравствуйте, — открыто улыбаясь, проговорил мужчина крупного телосложения, обращаясь к гостю. Его волнистые, соломенного оттенка волосы, местами выгоревшие на солнце до белого, были аккуратно зачёсаны назад, открывая слегка оттопыренные уши, а светло-голубые глаза смотрели доброжелательно.
— Добро пожаловать к нам, — ласково приветствовала Светлана — мать Катрин. Женщина выглядела младше своего мужа, была хрупкого телосложения и невысокого роста. Сходство между Катрин и её матерью было просто поразительное, особенно разрез глаз и нижняя часть лица, а про цвет волос можно было вообще не говорить.
— Катя-а-а, — радостно завопил Николя, бросаясь навстречу сестре. Светловолосый мальчишка был копией своего отца: такой же крепыш, тот же взгляд светло-голубых глаз, только всё лицо покрыто мелкими веснушками. — Я тебя ждал и ждал, а ты всё не ехала.
— Ну вот, — Катрин подхватила его на руки и закружила, — я приехала. — Остановилась и крепко обняла, и пока тот не стал возмущаться (уж больно сильно мальчишка не любил, когда его начинали тискать и нежить), быстро поцеловала в пухлую веснушчатую щёку… два раза. — И у меня для тебя даже есть подарок.
— Да ты что? — Николя забыл, что хотел вытереть рукавом место, где его обслюнявила сестра. — А что за подарок? — В его глазах горело любопытство.
— Сейчас покажу, — поставила брата на землю и взяла за руку, — пошли скорее к тебе. У меня и для мамы с папой тоже есть подарки.
Максим не отводил ошеломлённого взгляда от Катрин. Светлана понимающе улыбнулась и пошла следом за дочерью, а вот Жерар, как хозяин, подошёл к гостю и хлопнул его по плечу.
— Ну что, пойдем? Как раз к обеду поспели, время аперитива.
Глава 36. Рыбалка
Катрин разбирала свои покупки и тихо переговаривалась с матерью, а возле их ног крутился счастливый Николя. Мужчины тем временем пили Шюш Муретт — смесь можжевеловой водки и ликёра из чёрной смородины, закусывая обычным хлебом, намазанным паштетом. И пока женщины были заняты исключительно собой, а Николя — своей новой игрушкой, Жерар понемногу выпытывал у гостя, кто он такой, чем занимается, где работает. И чем больше получал ответов, тем больше возникало вопросов. Но Максима это совсем не напрягало, он с удовольствием угощался незнакомым напитком, отвечал на вопросы и украдкой бросал взгляды на женщин.
— Папа, — Катрин подошла к отцу и надела на него шляпу, — а это тебе.
— Ах ты ж! — Жерар поставил недопитую рюмку и помчался к зеркалу; загнул поля с боков, чуть приподнял перед шляпы и, важно подбоченившись, взглянул на свою вторую половину. — Ну, как я тебе, дорогая?
— Красавец, спору нет! — с улыбкой ответила Светлана, целуя дочь в щёку и тихо журя, чтобы никто не смог их услышать: — Спасибо, дорогая, но не стоило тратиться. — Сама же не могла отвести взгляда от мужа, который продолжал стоять возле зеркала, надевая шляпу то так, то эдак и строя разные гримасы. «Всё же все мужчины — это взрослые дети».
— Всё хорошо, — Катрин лукаво повела бровью, — у меня есть на это деньги. — И тут же испугалась, потому что мать бросила подозрительный взгляд в сторону гостя. — Нет. Нет. Я их заработала, — взволнованно зашептала она, — консультируя на благотворительной выставке богатых гостей. — И совсем тихо добавила: — Это процент от сделанных покупок. — Но в глазах матери уже поселилась тревога. — Пожалуйста, не волнуйся за меня. — Взяла её за руки и ласково пожала. — У меня всё хорошо, мамуль!
— А как дела у Микаеля? — поинтересовалась Светлана, немного оттаивая. — Ты давно с ним созванивалась?
— И созванивалась, и виделась, и даже немного повздорили с ним в последний раз, — улыбнулась, но в глазах промелькнула плохо скрытая неприязнь. «В этом вся моя мама! Два года, как уже не встречаюсь с ним, а она до сих пор спрашивает и всегда передаёт ему приветы». — У него тоже всё хорошо.
— Обязательно передавай ему от меня привет при встрече.
— Хорошо. — Катрин едва сдержалась, чтобы не засмеяться: именно об этом она только что думала. — Я пойду червей накопаю. Робер обещал дать нам всё необходимое для рыбалки, но вот наживку велел принести свою.
— Иди, а я вам пока обед с собой соберу. — И Светлана прошла на кухню.