— Я? — Катрин поняла, что вот таким простым вопросом он только что поставил её в тупик. — Потому что… — Она подняла на него испуганный взгляд и мысленно прокричала: «Потому что люблю тебя! И не могу взять твой подарок! Он будет напоминать мне о тебе. Всегда!» Её глаза стали огромными, она рукой закрыла себе рот, чтобы предательские слова вдруг не сорвались с уст. «Я что, только что это вслух сказала?»
Но лицо Максима оставалось по-прежнему бесстрастным, он замер в ожидании ответа и всё больше хмурился, наблюдая за ней. Он видел, какую внутреннюю борьбу она ведёт сама с собой.
— Хорошо. Не отвечай. Не надо! Но ты тоже должна знать: я не могу забрать это обратно, — нарочито грубо произнёс он. — Это, правда, было сделано от всей души. И когда выбирал для тебя этот подарок, я даже помыслить не мог, что ты скорее обрадуешься обычной ручке или носовому платку. Ошибся. Да. Ну что тут теперь поделать! — Максим развернулся и пошёл к выходу.
Катрин бросилась за ним.
— Подожди. — Схватила его за руку. Максим остановился и взглянул на неё с надеждой во взгляде. — М-мы ведь не обсудили дизайн кабинета, — быстро выпалила Катрин, отпуская его руку.
— Да, не обсудили, но мне нужно идти.
— Пожа-а-алуйста. Это не займёт много времени. — Бросилась к столу, где лежали рисунки Габриэля, схватила их и зачем-то начала перекладывать. Руки дрожали, хотелось плакать. — Это работы мсьё Делавиня. — Хотела глубоко вздохнуть, но получился почти всхлип. — Просто чтобы определиться в каком стиле тебе понравится исполнение. — Она стояла к нему спиной, и создавалось впечатление, что разговаривает сама с собой. — Просто выбрать общую концепцию, и я тогда…
— А зачем ты хочешь мне показывать его работы? — Он с болью наблюдал за ней. «Даже не хочет на меня смотреть». — Если бы мне хотелось, чтобы он выполнил дизайн моего кабинета, я бы сразу к нему обратился.
— Знаю. Знаю! Я подготовила и свои тоже эскизы, но после того, как увидела эти прекрасные работы, в каждой из которых чётко просматривается определённый стиль, решила свои тебе не показывать.
— Ну и зря! — Он прошёл к столу и протянул руку: — Покажи свои рисунки.
Катрин передала ему папку. Он открыл её и небрежно пролистал, будто и не видел, что перед ним. Выхватил первый попавшийся эскиз и протянул ей.
— В таком стиле. — Прошёл к выступающей несущей стене. — И я хочу, чтобы она осталась в том же виде, в каком она есть сейчас.
— Как это? — Сказать, что Катрин была удивлена, это значит, ничего не сказать. — Вот прям голый бетон?
— Да.
— Но зачем?
— Хочу видеть, с чего всё начиналось, — бросил он непонятную фразу. — Всё. Мне нужно идти.
— Максим, — окликнула его Катрин, теребя в руках листок с рисунком, который он передал ей. — Не обижайся на меня! Я, правда, не могу их взять.
Максим долго смотрел на неё напряжённым взглядом, и видно было, что он что-то хочет ей сказать… Сделал шаг к ней.
Дверь приоткрылась, и в узкую щель просунулась рука с букетом из огромных жёлтых ромашек.
— Прости меня! Я вёл себя, как скотина. Я всё осознал и пришёл мириться. Катюш, я так не могу! — За рукой с ромашками показалась и голова Микаеля, глаза у него были крепко зажмурены. — Знать, что ты на меня дуешься и… — Его смутила полнейшая тишина; медленно открыл глаза и уставился на генерального директора, который стоял как раз напротив его букета. — Мсьё Бигар, — холодно проговорил он, заходя в кабинет и пряча цветы себе за спину.
— Мсьё Бланкар.
Стояла такая тишина, что её можно было потрогать.
Катрин ошеломлённо смотрела на своего бывшего, а в голове билась одна-единственная мысль: «Как же не вовремя!»
Микаель технично обогнул препятствие в лице генерального директора, подошёл к Катрин и по-свойски обнял её за плечи, быстро поцеловал в висок.
— Это для тебя, — протянул букет, который Катрин машинально взяла. — Мне нужно с тобой поговорить, — прошептал ей на ухо, совершенно игнорируя присутствие постороннего в комнате.
— Я работаю, — тихо произнесла Катрин, пытаясь сбросить его руку со своего плеча.
Но Микаель не позволил ей это сделать, ещё сильнее притянул к себе. Перевёл взгляд на Максима и широко улыбнулся.
— Да-а-а? — наигранно удивился он. — А я думал, вы уже закончили. — Демонстративно взглянул на часы: — Обед же.
— Мы уже закончили, — тихо произнёс Максим, не отводя своего взгляда от пунцового лица девушки, в руках которой находился и его подарок, и букет с ромашками. «Ромашки-то она точно не захочет выкинуть!» Резко развернулся и быстрым шагом покинул комнату.