В голове не укладывается! Хотя Ю на что-то такое намекал, невнятно, как водится… Хранители, удалившиеся на Хорай, чтобы не навредить юному роду людскому.
— А, ты об этом, — фыркнул мой учитель. — Только один из них зовётся похожим образом, да и то чуточку иначе — ци-линь. Он в каком-то смысле предок твоего друга, и является наперсником правителя той страны, что лежит за морем к западу от твоей. Хорошая страна, могучая и с мудрыми законами. Наша Огнекрылая так возлюбила её, что стала перенимать облик её уроженцев. Судя по твоему смущению, она, как обычно, слегка перестаралась. Ну да речь-то не о ней. Остальные покровители земель мало похожи друг на друга, хотя… в общем, это как посмотреть. Тем не менее, они одной крови.
В ушах у меня зашумело от избытка долгожданных сведений, пролившихся в сознание весенним дождём.
Ю, почему ты не упоминал об этом? Не успел? Куда там… Скрытное животное! А ведь и правда, Мэй наша что рассказывала? Мол, есть на Хорае высокогорная долина, где почивают существа удивительные и разные. Ну хоть что-то прояснилось. Если предположить, что в каждой стране есть своё подобие Нити Правления, и ки-рин или кто у них там на месте Ю, перерождается в облике человека лишь для того, чтобы провозгласить начало новой… Выходит, пока государством управляют прямые потомки его избранника, он может спать спокойно. Вот бы посмотреть на родичей Ю, хоть одним глазком!
— Наверно, любопытство в людях мне нравится больше всего! — хохотнул Дракон. — Стремление к познанию — не что иное, как рост. Итак, со мной всё понятно, а что сказали другие?
— Другие?
— Красотка Хоо не могла тебя не полюбить, такое просто исключено. К тому же, по закону ты изначально находишься под её покровительством. А вот по рождению — мой. Потому тебя и тянет в лес, даже во сне. И потому те части меня, что рассеяны по миру, всегда приходят на выручку. Знай, они будут помогать и впредь. К тому же, слово за тебя было замолвлено, хотя и без особой надобности. Но придётся уж сделать выбор, под каким цветом править. А говоришь, всё решено за тебя!
— Лишь бы не под белым, — я вздохнул. — Ю рассказал мне о том, в какой последовательности тянутся Нити, и мне бы не хотелось столкнуть первый камень лавины бед.
— Да, весьма разумно. Так кто из наших наделил тебя дарами? Два я видел, в Хоо не сомневаюсь. А Вода?
— И даже она. Так что — все, кроме вас, — скромно намекнул я.
— Весьма многозначительное «даже». — Ветвистые усы затряслись от смеха. — С ней бывает непросто, но мы-то давно нашли общий язык.
"Ещё бы", — подумал я, — "Вода с Древом и должны хорошо ладить".
— Хоть что-то понимаешь. — Светлячки его глаз искрились в безудержном веселье. — Пятеро — это отлично, такого прежде не было.
— Доброе предзнаменование? — обнадёжился я.
— И да, и нет, — туманно сообщил тот. — Это снова зависит от тебя. Поймёшь, когда настанет время.
Юмеми я бы призвал к откровенности — во всяком случае, попытка того стоила — но с Великой Силы спрос короток. Поглощённый разговором, я едва успел остановиться, когда в горстке осталось всего с пяток орехов. И впрямь, посадить где-нибудь возле дома? Императорский сад… куда там.
— Вот ведь упрямец! — Дракон сердито мотнул головой. — Даже перед самим собой не хочешь сознаться, что удела правителя не избежать. Да и к чему? Если каждый пообещал поддержку, то уж наверно ты её достоин? Или кое-кто хотел спокойной, беззаботной жизни младшего сына в семействе, приближённом к престолу, но не настолько, чтобы нести за него ответственность?
Вообще-то, именно этого я и хотел… Впрочем, неправда. Я хотел бы увидеть мир, раз его малая частица уже раскрылась передо мной и породила беспокойство в душе. Я хотел бы пуститься в странствия и полюбоваться на ту страну, о которой недавно обмолвился рассказчик. Должно быть, это Хань — теперь понятно, почему Ю так привержен к её порядкам. Происхождение. Да, хотел бы я побывать и в Хань, и в Лао, откуда прибыл первый великий правитель Нефритовой Нити! Может быть, в тех краях найдутся и сородичи Химико, то-то она обрадуется! Теперь, когда я столкнулся с тайнами и загадками мира, так тяжело от них отказаться, заточив себя в роскошные палаты двух резиденций.
А ещё я хотел бы остаться простым человеком, не облечённым безмерной властью над окружающими, а потому властным жить, как ему заблагорассудится, дружить, любить, быть любимым…
Я хочу остаться свободным. Да, именно этого я желаю! Какие бы блага не сулило высочайшее положение, а во дворце, окружённый льстивыми сановниками, я начну задыхаться. Сестра будет склоняться передо мной до пола, а тот, кого я считал отцом… Даже не знаю, как смотреть ему в глаза. Он никогда не простит, что на моём месте не Хоно, никогда. И даже представить страшно, что скажет последний… нет, теперь уже не скажет. Подумает. Пока мой брат — да, я и впредь не перестану называть его братом — пока он искренен в своём негодовании, есть надежда поправить отношения.
Сделавшись властителем, я потеряю то, что мне действительно дорого. Ясу, Мэй — все отдалятся от меня, распростёршись ниц на площади перед дворцом, моим дворцом. Никогда я не буду счастлив!
— Значит, таковы твои чувства? — печально произнёс Дракон. — Что ж, выбор ясен.
— Что?! — воскликнул я, изумлённый его словами. — Разве вы не твердили наперебой, что выбора-то и нет?!
— Если человек не способен пережить отсутствие выбора, то какой в этом толк? — вздохнул он. — Боюсь, ты и впрямь зачахнешь, даже не успев сделаться правителем. И уж откуда взяться силам, без которых никогда не взойти на престол, если внутри тебя одна слабость? Я разочарован. Из такого семени ничего путного не проклюнется.
Меня задели его слова, но я упрямо уставился в землю, перебирая пустые ореховые скорлупки. Вот и ладно. Даже если будет оскорблять, проглочу сказанное молча, ведь он прав. Но прав и я: принуждение не доводит до добра. Это должен быть собственный выбор, идущий от души, от сердца! Как они не понимают?!
— Что ж, теперь я окончательно определился, — рявкнул собеседник, да так, что в ушах у меня зашумело, а верхушки деревьев отпрянули от нас в разные стороны. — Ты будешь отменным правителем — возможно, даже лучшим из всех, кого выбирал Многоцветный.
Сначала мне показалось, что я ослышался. Да как же так? Я ведь только что сам отказался, он ведь понял, что я не хочу, не могу, не гожусь!
— Напротив, я понял, что ты годишься и сможешь, — весело произнёс он. — Теперь дело за малым, убедить в этом тебя, а уж захочешь ты сам. Но я не буду заниматься уговорами, не обессудь. Время само расставит всё по своим местам. И ты поймёшь, что никакой иной удел не предназначен для тебя, сидел бы на тебе криво, словно наряд, который не к лицу, да и пошит небрежно. Запомни то, что я сказал. Ты будешь прекрасным императором, дитя. И отправляйся с миром, вот тебе моё благословение!
Драконьи ноздри сжались перед тем, как дыхнуть вереницей светящихся искорок, я невольно зажмурился, а когда открыл глаза, меня встретило жаркое полуденное солнце острова Хорай.
Ну да, кто бы сомневался, что выбросит меня не там, у скалы, где мы расстались с… как они говорили, Многоцветным? Попадись только — всеми цветами заиграешь!
Да, я злился. Во-первых, почему никто не прислушивается к моим словам? И впрямь, ну кто я такой, маленький человечишка посреди Великих Сил и сопутствующих им ки-ринов! Никто. И, даже сделавшись правителем своей не менее маленькой страны, останусь никем. Во-вторых, почему Ю вечно скрытничает? У нас было столько времени для разговоров. Просто уйма времени! Но такие милые подробности как "существуют подобные твоему другу, и они гораздо могущественнее его" или же "у Ю есть предок, правда, в некотором смысле", а особенно — "если гибнет избранник ки-рина, тот становится спутником его победителя" — всё вышеперечисленное очень занимательно, но почему я узнаю об этом случайно и с чужих слов?
И, наконец, последнее. Куда меня, во имя всех ками, знакомых и незнакомых, занесло?!