- Бабушка, а почему они называются серые? – спросила Маша. – Капуста же серой не бывает, она сверху зелёная, а внутри белая.
- Потому, Машенька, - объяснила бабушка, - что с капусты снимают верхние зеленовато-серые листья, которые как бы укутывают кочан, превращают их в крошево и заквашивают, после чего они и становятся почти серыми по цвету.
«Опять серые листики, - подумала Маша, - неспроста всё это, видно очень они важные. Как бы мне это проверить?»
Пообедав, Маша занялась сушкой цветов и своих листиков. Когда уже есть навык, дело спорится. Бабушка сидела рядышком и, как и обещала, помогала, правда советами. Она тоже знала почти все растения и что-то рассказывала о каждом. За делом и разговорами быстро пролетели три часа. Все высушенные цветы и листья Маша проложила в газеты, а высушенные листики тщательно убрала в свой блокнот. Теперь дело оставалось за малым: нужно было как-то понять, что представляет собой серый трилистник.
«Крот уже точно больше про них ничего не расскажет – стала рассуждать Маша. – Кроме кротов про листики никто ничего не знает, спрашивать некого. Хотя, можно попробовать наведаться к бабушке Марфе, она ведь травница, вдруг что-нибудь да знает? Хотя…нет, я же клялась нерушимой клятвой, что никто про листики от меня ничего и никогда не услышит. Придётся молчать. А как же тогда проверить»?
- Бабушка, - позвала Маша, - а ты случайно не знаешь, как проверяют действие новых лекарств?
- Чего это ты на лекарства перешла? - удивилась бабушка. – У меня щи хорошие, ты не беспокойся, в них всё натуральное, только польза одна.
- Да нет, щи очень вкусные, - начала импровизировать Маша, - я наоборот, думала о целебных свойствах зелёных капустных листьев, вдруг их них можно какое-нибудь полезное лекарство сделать, какой-нибудь «капусти́н», например. Вот и стало интересно, на ком их испытывают.
- Как на ком, - улыбнулась бабушка, - конечно же на кроликах, они самые большие любители капусты. Да шучу я, шучу,- бабушка улыбнулась. - Вначале лекарства испытывают на грызунах, потом на обезьянах, а потом на добровольцах.
«Так, - подумала Маша, - на мышах испытать не получится, я их боюсь. Кроты меня сразу раскусят, - она вспомнила разговор с бабушкой Крота, - да и так уже чуть было не раскусили. Обезьян здесь и в помине нет. Может действительно, на кроликах попробовать. Они ведь к тому же грызуны, наверное, раз всё грызут»?
- Знаешь, бабушка, - решила Маша, - а ведь на кроликах - это очень хорошая идея, обезьяны ведь капусту не едят, да и мыши тоже. Ладно, пора цветы сушить.
- Может быть, - сказала с подозрением бабушка. – только ты на наших кроликах ничего не испытывай, а то дети любят играть в лекарства, постоянно что-нибудь намешивают. Кролики не каждую травку едят. Например, им нельзя лютик, чистотел. Для людей он целебный, а у кроликов от него такое расстройство начинается…
- А чего это они расстраиваются? – спросила Маша. – Невкусно что ли?
- Это не они сами расстраиваются, а их желудки, объяснила бабушка. - Понятно?
- Бабушка не волнуйся, - стала успокаивать её Маша, - ничего плохого с твоими кроликами не случится, я никакие лекарства придумывать не собираюсь, - пообещала она, скрестив за спиной два пальца.
Бабушка прилегла вздремнуть на часок, а Маша, взяв блокнот с листиками, тихонько выскользнула за дверь. Она направилась прямиком в сарай, в котором располагались и курятник, и крольчатник, и, дровяник и вся огородная утварь, и множество накопленного за много лет и непонятно для чего хранящегося хлама.
Во всем этом многообразии её интересовал крольчатник. Пора было приступать к испытанию серого трилистника. Маше было очень жалко использовать половину своего запаса в качестве корма для кролика, но другого выхода она пока не видела. (Правда, не всегда следует проявлять нетерпение, иногда нужно просто немного подождать, и всё само разрешится, или найдётся ответ. Но Маше этот метод познания был пока незнаком, и она без сомнений приступила к эксперименту.)
В крольчатнике проживали два кролика и три крольчихи. Маша выбрала самого большого из них, полагая, что раз он большой, то у него больше и сил, и здоровья, и если что-то вдруг пойдёт не так, то у такого кролика будет больше шансов. Девочка открыла клетку и протянула листик к самой мордочке кролика.
- Кушай, мой хороший, - стала она уговаривать животное, - это очень вкусный листик.
Но то ли кролик уже наелся, то ли листик был не такой уж и вкусный, но жевать его он не собирался.
«Нужно листик завернуть в то, что кролики очень любят, - подумала Маша. – А что они очень любят? Правильно – подорожник».