Раздался стук в дверь. Она открыла. На Заке были светло-голубая рубашка и тщательно выглаженные твидовые брюки. Он причесался на скорую руку, и Скай подозревала, что его волосы все еще были влажными после душа. Она сдерживала свое желание погладить его по мягким густым волосам, затем по отутюженной рубашке, спуститься к слегка шершавой ткани его брюк и затем к горячей коже под ними. Она помнила, как прикасалась к нему под полотенцем, его курчавые волосы…
Зак восхищенно присвистнул:
— Ты выглядишь фантастически! И идеально для того, что я планировал.
— Могу я спросить?..
— Пусть это останется секретом еще несколько минут. Ты хуже, чем Чад.
— Хуже?
— Более нетерпелива. — Он внимательно осмотрел ее с ног до головы и усмехнулся: — Но намного более соблазнительна для поцелуя.
Она услышала биение своего сердца, но Зак не поцеловал ее. Как истинный джентльмен, он, поддерживая Скай под локоть, спустился с лестницы на полшага впереди — в строгом соответствии с правилами хорошего тона.
Зак вез ее по Новой Надежде, то и дело посматривая в ее сторону. В его взгляде читался юношеский восторг, но в то же время и жгучее пламя страсти. Выражение этих глаз заставляло ее трепетать всегда, когда они были вместе.
Зак ехал вдоль Делавэрского канала. Через несколько кварталов он свернул на абсолютно пустую стоянку — здесь они были одни.
— Мы на месте, — гордо сказал Зак. Выглядел он при этом словно Санта-Клаус после вручения красивых подарков в сочельник.
Скай огляделась: может быть, она чего-то не заметила? За исключением кабинки охранника, которая больше походила на билетную кассу, она ничего примечательного не увидела.
— Где мы?
— Я хочу прокатить тебя по Делавэрскому каналу на барже, которую тянут мулы.
— Пустынно так, словно ни у кого больше нет желания кататься.
— Просто я снял судно на весь вечер. Так что это частная вечеринка.
Скай слышала об этой барже, но она и мечтать не могла, что Зак зафрахтует ее на весь вечер только для них двоих.
Он обошел машину и открыл дверцу, галантно предлагая своей спутнице выйти. Затем подал Скай руку. Она чувствовала себя под защитой, в безопасности и… совершенно необычно!
Баржа оказалась довольно большой. Крыша защищала от заходящего солнца. На берегу стояли мулы, готовые тянуть баржу по каналу, — один темно-коричневый, а другой белый.
Зак сопровождал Скай, поддерживая ее под руку. Она чувствовала его тепло. Ее душа трепетала в предвкушении удовольствия. Зак помог Скай пройти по трапу. Их приветствовали двое мужчин и подросток.
Зак указал на деревянную палубу:
— Я не хотел, чтобы ты сломала каблуки.
Подросток улыбнулся Заку, махнул рукой и пошел к мулам. Мужчины разместились по разным концам баржи.
В центре судна, где обычно находилось несколько рядов кресел для пассажиров, располагался стол, накрытый белой скатертью и сервированный серебром и хрусталем. Круглая свеча, окруженная розами, стояла посередине. Казалось, здесь готовились к торжественному приему при дворе. Два плетеных кресла с высокими овальными спинками стояли по обеим сторонам стола.
Скай не могла сдержать слез. «Никто и никогда не устраивал для меня такого!» Это означало, что ни один мужчина не готовился так тщательно к вечеру с ней. Но она не могла позволить себе произнести это вслух.
Зак крепко обнял Скай, поглаживая ее волосы.
— Ты заслуживаешь самого лучшего! И я собираюсь дать тебе это.
Она трепетала от силы чувств, испытываемых к этому мужчине, и страстно желала большего, чем объятия. Но Скай понимала, что это будет неторопливый, пьянящий вечер, и желала, чтобы ход времени замедлился. Она хотела смаковать каждое мгновение этого дня. Скай обвила руками шею Зака и запечатлела на его губах долгий и нежный поцелуй. Когда он поднял голову, то был переполнен желанием и готов возгореться от малейшей искорки.
Он выдвинул кресло:
— Прошу вас, леди.
Легкий бриз играл ее распущенными волосами, последние лучи заходящего солнца ласкали руки, а улыбка Зака заставляла смотреть на мир сквозь розовые очки. Скай села, а когда Зак накрыл ее руку своей и поцеловал в щеку, почувствовала, что по спине побежали мурашки.
Он сел напротив.
Скай немного пришла в себя и, откашлявшись, сказала:
— Здесь чудесно.
— Любое место может быть чудесным, если рядом человек, который возбуждает.
Его глаза, его губы могли обжечь, и Скай боялась, что, если они займутся любовью, этот огонь поглотит ее.