Бронвин открыла толстую книгу в черном кожаном переплете и попросила Робин и Нейта взяться за руки и повторять за ней.
— Я, Натан Томас Ллойд…
Марион слышала слова клятвы как сквозь сон. Они переплетались в ее голове со словами из прошлого: Я, Джеффри Майкл Кент…
— Беру тебя, Робин Мэри Чейз…
Беру тебя, Марион Бретт Чейз… — отозвалось в мозгу Марион.
Она робко взглянула на Джеффа — он не спускал с нее глаз. О чем ты думаешь, Джефф? — мысленно спросила его Марион.
— В радости и горе…
Джефф, думаешь ли ты, что причина, из-за которой мы расстаемся, слишком ничтожна?
— В богатстве и бедности…
Считаешь ли ты, что есть ничтожная возможность преодолеть наши трудности?
— В болезни и в здравии…
Или я поддалась очарованию этой свадьбы и позволила сентиментальности всколыхнуть во мне все самое лучшее? — обратилась к самой себе Марион.
Бронвин потребовала кольца, и Марион смотрела, как Джефф отдал их.
— Этим кольцом… — прошептала Робин.
Марион взглянула на руку Джеффа — свое обручальное кольцо он так и не снял. На внутренней стороне его кольца она выгравировала слово: «Навсегда». А внутри своего — «И навечно».
Марион отругала себя за то, что заостряет внимание на таких вещах. Из-за ее сентиментальности этот день может стать для нее просто невыносимым.
Сердце ее нестерпимо ныло. Увидев мельком обручальное кольцо на руке мужа, она неожиданно для себя поняла, что любит Джеффа сильнее прежнего.
— Властью, данной мне штатом Массачусетс…
До Марион дошло, что обряд венчания заканчивается.
— …я объявляю вас мужем и женой.
Робин и Нейт поцеловались, присутствующие приветствовали их аплодисментами и пожеланиями счастья. Оркестр заиграл торжественную кантату.
Марион наклонилась к Бронвин:
— Это была прекрасная речь!
— Ну, я вложила в нее всю свою душу, — ответила Бронвин.
— У тебя будет еще одна свадьба, да? — спросила Марион.
— Да. Я присоединюсь к вам сразу, как освобожусь. — Подруга пожала руку Марион и подтолкнула ее к Джеффу, который уже ждал жену, чтобы сопровождать по церковному проходу к дверям.
Марион едва дышала. Под откровенно пытливым взглядом Джеффа она стала застенчивой и нерешительной. Его властные, красиво очерченные губы тронула едва заметная улыбка. Он предложил ей руку, и она оперлась на нее, испытывая странный трепет.
Домой они приехали первыми, и как только машина остановилась, Марион кинулась во двор, чтобы убедиться, что все подготовлено. Грэм специально улизнул из церкви, чтобы присматривать за последними приготовлениями. Подойдя к тенту, Марион должна была признать, что все выглядит замечательно.
Под тентом преобладали нежно-голубые и кремовые цвета, эффектно дополненные темно-синим и белым — Четкими рядами белоснежных льняных скатертей на столах, огромным количеством белых цветов. Всюду сверкал и переливался всеми цветами радуги дорогой хрустать.
Длинный стол для готовых блюд и закусок стоял в ближнем к дому конце под тентом, украшенный декоративными тарелками и сверкающими кубками. В противоположном конце стоял главный стол с двумя серебряными подсвечниками внушительных размеров и великолепной гирляндой из цветов, украшавшей стол по всей его длине.
Рядом, на отдельном столике, покрытом кружевной скатертью, красовался свадебный торт. Марион облегченно вздохнула: когда они уезжали в церковь, торт еще не привезли. Знаменитый в городе оркестр «Новобрачные», доставшийся Марион просто чудом, заканчивал настройку инструментов. Их солистка, Керри Малдун, помахала рукой Марион, подтверждая, что все в порядке. Посередине под тентом, в окружении столов, находилась площадка для танцев.
Кто-то взял Марион за руку — она сразу догадалась, кто. Она упорно отгоняла все мысли о том, что расставание неизбежно приближается, но это ей плохо удавалось.
— Гости уже здесь. Робин просит нас встретить их вместе с ней и Нейтом. — Джефф повернул ее лицом к себе, продолжая держать за руку.
Марион медленно подняла голову, стараясь преодолеть магнетизм Джеффа. По какой-то неизвестной причине сегодня Джефф был необыкновенно привлекательным.
— У тебя в волосах запутались какие-то розовые лепестки, — сказал он.
— Ой! — Охваченная непонятным смятением, она протянула к голове руку.
— Подожди, я стряхну их сам, — сказал Джефф. Он стал осторожно вынимать из ее волос лепестки. Он стоял так близко, что она чувствовала его дыхание на своей щеке.
Марион изо всех сил старалась не подавать виду, что от его прикосновений ее охватила сильная дрожь.