Был бы здесь Айвер! Вдруг он и кровь Вильса смог бы вплести в заклинание поиска?
— Значит, где-то лечится…
— Но магия лечения ему недоступна… — продолжил вампир.
— … а в той деревне его ненавидят… — добавила Мел.
— … и по травоведению у него двойка! — радостно вспомнила Сиелла.
Выводы? Залечить рану сам он не может. Перевяжет, и все. А я его неплохо зацепила! Не помрет, но наверняка пользоваться этой рукой он сейчас не может. Рискнет ли дожидаться выздоровления? Нет, он спешит! Он пойдет искать помощи от людей! В другую деревню, а лучше — в ближайший город, к целителю! Мы радостно переглянулись, осознав, что для логических выводов Айвер не так уж и нужен. Беспокоило лишь одно: уж Айверу-то не понадобилось бы для этого столько времени!
— А у кого карта?
Простой вопрос вампира застал нас врасплох. Минут пятнадцать ушло на выворачивание седельных сумок и карманов. Удача улыбнулась Анаэль, указавшую на сапог Риона: именно там карта и нашлась. Зачем он ее туда запихнул и как умудрился так скомкать — осталось загадкой, как и вопрос, помогла ли эльфийке знаменитая интуиция, или просто хорошая память…
Забавно! Мы сделали хороший такой крюк. Если начертить наш полный маршрут от гор, получится кривая: чуть-чуть вверх, направо, по дуге вниз, резко вправо-вверх (это когда мы от хозяина Меча в Ясверь бежали), влево, вверх… судя по всему, отсюда без проблем можно добраться до Хомека. Это проще, чем возвращаться в Ясверь. Если Вильс знает, что такое логика, то должен понимать — мы отправимся именно в ту сторону. Как можно дальше от нашего старшего врага. Как можно быстрее. Сколько еще у нас времени, прежде чем он сумеет нас достать?
— Возвращаться на тракт нет смысла, — решил Рион. — Придется ехать дальше, будет развилка на Хеймерский тракт. Мы сможем посетить Хомек, а потом, если не возникнет проблем, вернемся к развилке и поедем на север. В Хеймере много магов, там мы будем в безопасности хоть какое-то время.
— К тому же оттуда мы можем отправиться куда угодно. Причем вместе с торговым караваном. Или даже по реке, — последнюю фразу Мелани произнесла с непередаваемым злорадством, поглядывая на вампира.
Долгие размышления порядком утомили меня, поэтому я не стала прислушиваться к обсуждению маршрута, а устроилась у костра. Спать. Солнце уже зашло за горы, а день такой тяжелый… Я хочу отдохнуть!
Я настолько устала, но не проснулась, когда Мелани решила перед сном в очередной раз выяснить отношения с Леандром. Прямое доказательство этого скандала — несколько стрел и очередная шишка у вампира на голове, было обнаружено мною только утром. Неужели опять приставал? Или только намекнул? Интересно, ему раньше встречались настолько неприступные девушки?
Зато когда меня облили ледяной водой, я проснулась сразу. Проснулась — и не поняла, где нахожусь. И почему на ногах (упала сразу же). И почему с мечом в руке. И почему вообще не в лагере!
— Знаешь, Кем-шель, ты не говорила, что страдаешь лунатизмом, — спокойно заметил Леандр. Сиелла спряталась за широкую спину рыцаря, отчего я тут же сообразила, кого должна благодарить за "приятную" побудку. Да что произошло-то???
— Ушастая услышала, что ты встала. Мы не смогли тебя разбудить, ты шла и шла. Даже блоки нашей гениальной волшебницы не почувствовала.
— Это потому что на спящего они не настроены, — смущенно призналась Сиелла. А вот Айвер справился бы!
Я всерьез задумалась. Ничего подобного со мной раньше не было. И только тут в голове мелькнул обрывок сна:
"Надо спешить… надо успеть… только ты можешь… должна…"
Не помню, что именно мне снилось, но ощущение странное… "Надо спешить". Это я четко запомнила. Спешка, беспокойство… Кто-то просил меня успеть раньше. Я знала, что должна идти и что-то сделать! Но куда, зачем…
Анаэль прижала руки к лицу, выражавшему бесконечный ужас. Сиелла переглянулась с вампиром.
— Меч? — спросила она. Леандр кивнул.
— Кем-шель, меч пытается управлять тобой. Вспомни, раньше он не пытался заставить тебя что-то сделать?
— Да вроде бы нет, — я задумалась, но не могла вспомнить. — Он только говорил, куда ехать, и все.
Но его предположение всерьез меня испугало! Надо избавиться от меча как можно скорее! И… да, я не решалась себе признаться, но я категорически не желала уничтожать меч. Я боялась. Очень боялась. Но если выбирать между смертью и одержимостью, то лучше первое. Тем более, что там хоть какой-то шанс, что повезет! Минуточку… а если мое нежелание уничтожать меч — это на самом деле его желание, то есть нежелание?! А если мое спокойно отношение к смерти людей — тоже от него?! А если… Нет, нет, не думать об этом, не думать!!!