— Так.
— И как маклер он получает значительный гонорар?
На лице Рафферти мелькнуло раздражение.
— Мне не известны гонорары мистера Босуорта, ему платят те страховые фирмы, которые он представляет. Я полагаю… Нет, я уверен, что он получает точно такой же гонорар, как и любой другой маклер.
— Вы не ошибаетесь. Кстати, для вашего сведения: гонорар этот довольно значителен. Однако давайте вернемся к вопросу о чеках, приобщенных к материалам в качестве вещественного доказательства. Как вы утверждаете, это деньги, полученные вами взаймы от мистера Босуорта и, по вашим словам, возвращенные ему. Однако у вас нет документов, которые подтверждали бы, что вы их действительно возвратили. Во всяком случае, при проверке бухгалтерских книг мистера Босуорта наши ревизоры не смогли обнаружить никаких…
Морт Коффман быстро поднялся с места.
— Я возражаю! — крикнул он. — Я возражаю, господин председатель, против подобной тактики…
— Слово имеет адвокат свидетеля, — объявил сенатор Феллоуз, поворачиваясь к Коффману.
— Я возражаю против намеков главного юрисконсульта комиссии, — заявил Коффман. — Мы не в суде, разбирающем уголовное или гражданское дело. Ни один судья не допустил бы таких намеков и подобной тактики вообще. Если главный юрисконсульт намерен представить какие-то доказательства, он не может не знать о существовании определенной процедуры, предусматривающей…
— Я могу аннулировать последний вопрос, — любезно предложил Эймс.
— Вся ваша линия допроса… — пытался было продолжать Коффман, но его прервал Феллоуз.
— Вопрос снят, — объявил он. — Продолжайте, мистер Эймс.
Расстроенный Коффман медленно опустился на стул.
— Независимо от того, возвращен заем или нет, — заговорил Эймс, — не кажется ли вам, мистер Рафферти, весьма необычным, что бизнесмен дает взаймы огромную сумму — больше ста тысяч долларов — и не требует ни обеспечения, ни процентов?
— Комиссии известно, что в прошлом я неоднократно занимал у своих друзей крупные денежные суммы. И я никогда не испытывал никаких…
— Это нам совершенно понятно, — не дал ему договорить Эймс. — Мы знаем, вы действительно занимали деньги у близких друзей, многие из которых так или иначе связаны с профсоюзом транспортных рабочих. Однако в данном случае положение несколько иное. Выступая на прошлой неделе перед нашей комиссией, мистер Босуорт под присягой показал, что ваше знакомство носит случайный и чисто деловой характер. Он якобы знает вас лет пять или шесть, причем познакомились вы при посещении частной школы, где учатся ваши дети. Это не так?
— Я не интересовался тем, что сказал или что не сказал мистер Босуорт в своих показаниях. Я лишь заявил, что часто занимал деньги у своих близких друзей.
— И вы считаете мистера Босуорта своим близким другом?
— Да, считаю.
— Только на основании того, что вы познакомились с ним всего несколько лет назад при…
— Если главный юрисконсульт разрешит мне… — заговорил Рафферти, но умолк — сенатор Феллоуз поднялся и дважды с силой стукнул молотком.
— Прошу прощения, я должен прервать заседание, — объявил он. — Мне стало известно, что в сенате сейчас происходит голосование. Объявляю перерыв, чтобы сенаторы, члены комиссии, могли принять в нем участие.
Глава восьмая
Худощавый, но крепко сложенный Хэдн Босуорт поднялся из тяжелого, обитого красной кожей кресла, неуверенно, словно чем-то одурманенный, прошел по комнате, протянул руку к портативному телевизору и выключил звук, оставив лишь изображение. Нерешительно взглянув на экран, он вернулся в кресло у большого дубового письменного стола и только тут заметил, что красная лампочка телефонного аппарата внутренней связи мигает: секретарша давала знать, что кто-то хочет с ним говорить. Он поднял трубку и устало произнес:
— По-моему, я сказал, мисс Драббин…
— Вам сегодня уже третий раз звонит миссис Босуорт, — торопливо проговорила секретарша. — По ее словам, ей нужно сообщить вам что-то важное.
— Свяжитесь с ней и скажите, что я позвоню ей вечером; вернуться домой к обеду я не успею. Скажите, что я просил не беспокоиться.
— Сказать ей, что вы просили не беспокоиться…
Босуорт несколько раз тряхнул головой, пытаясь собраться с мыслями. Он понял, что говорит не то, и с трудом взял себя в руки.
— Да, да, не беспокоиться по поводу того, что не мог переговорить с ней. Объясните, что я задержусь и к обеду домой не приеду. Если у вас ко мне больше ничего нет, вы тоже можете…