Утро было холодным, серым. Небо над Стамбулом заволокло тучами, словно природа тоже переживала о происходящем.
Элиф приехала в особняк Эрдоганов в восемь утра. Огромные ворота, охранники, роскошные автомобили - всё кричало о власти и богатстве.
Керем уже ждал её. Выглядел ещё более уставшим, чем вчера.
Ты уверена? - спросил он, когда она вышла из такси. - Можешь ещё передумать.
Я никогда не была более уверена в чём-либо, - ответила Элиф, поправляя на плечах куртку Демира.Он повёл её через служебный вход на кухню. Уже кипела работа - десятки поваров, официантов, декораторов. Повсюду были цветы - тысячи роз, лилий, орхидей.
Мария, - позвал Керем пожилую женщину в форме персонала. - Это Элиф. Она будет помогать с цветами.
Хорошо, - кивнула Мария, не отрываясь от работы. - Девушка, бей перчатки и начинай с роз в главном зале. Они должны быть готовы к девяти.
Элиф надела перчатки и пошла туда, куда ей указали. Главный зал был огромным, с высокими потолками, хрустальными люстрами и панорамными окнами. В центре уже стояла арка для свадебной церемонии, украшенная белыми розами.
Она принялась за работу. Руки двигались автоматически - она делала это тысячи раз. Но сердце колотилось так громко, что, казалось, его слышно во всем зале.
Элиф, - прошептал Керем, подходя к ней через час. - Демир наверху. В его комнате. Охранники отвлечены на десять минут. Это твой шанс.
Элиф кивнула, но ноги не слушались.
Боюсь, - призналась она.
Я пойду с тобой, - сказал Керем. - До двери его комнаты. Дальше пойдёшь одна.
Они поднялись по роскошной лестнице на второй этаж. Коридор был пуст - все были заняты внизу.
Вот эта комната, - указал Керем на массивную дубовую дверь. - У меня есть ключ - семейный врач имеет доступ. Но я не могу входить. Зейнеп может меня увидеть.
Он протянул ей ключ. Металл был холодным в её дрожащей руке.
Элиф, - сказал он серьёзно. - Помни, что бы ни случилось, я на твоей стороне. Всегда.
Она кивнула, не в силах говорить. Он обнял её - коротко, но крепко.
Удачи, - сказал он и ушёл.
Элиф осталась одна перед дверью. Она глубоко вздохнула, вставила ключ в замок и повернула. Дверь открылась бесшумно.
Комната была огромной. Кровать с балдахином, дорогая мебель, огромный шкаф. И у окна, спиной к двери, стоял Демир.
Он уже был в свадебном костюме. Чёрный, идеально скроенный, подчёркивающий его широкие плечи и атлетическое телосложение. Волосы были уложены, но несколько прядей падали на лоб.
Он смотрел в окно на сад, и его плечи были напряжены. Словно он чувствовал что-то неправильное, но не мог понять, что именно.
Демир? - её голос прозвучал тихо, почти шёпотом.
Он резко обернулся. Когда он увидел её, на лице появилось удивление.
Ты? - он нахмурился. - Что ты здесь делаешь? Охранники не должны были тебя пропускать.
Керем провёл, - сказала она, делая шаг вперёд. - Я должна была поговорить с тобой. Перед тем... перед тем как всё будет решено.
Решено? - он усмехнулся, но в улыбке не было тепла. - Всё давно решено. Завтра я женюсь на Зейнеп.
Демир, посмотри на меня, - попросила она, подходя ближе. - Присмотрись.
Он посмотрел. И в его глазах снова появилось то самое смутное узнавание. То же, что было в больнице.
Твои глаза, - сказал он задумчиво. - Мне кажется, я видел их где-то. Не в магазине.
Элиф сняла куртку. Под ней было простое платье, но её плечи были обнажены. Она видела, как его взгляд задержался на них.
Помнишь дождь? - спросила она тихо. - Тёплый летний дождь в старом Стамбуле?
Демир нахмурился, пытаясь вспомнить. В его висках застучала боль.
Дождь... - прошептал он. - Что-то о дожде...
Ты отдал мне свою куртку, - продолжала она, показывая кожу в руках. - Ты сказал, что мужчина выдержит, а я не должна болеть.
Его дыхание сбилось. Он сделал шаг к ней, затем остановился.
Нет... это невозможно, - покачал головой. - Я бы помнил...
Ты поцеловал меня, - сказала она, слёзы текли по её щекам. - Под навесом старого здания. Ты сказал, что не мог больше ждать. Что должен быть со мной.Демир схватился за голову. Боль стала сильнее. Образы начали всплывать в его сознании - размытые, как старые фотографии.
Цветы... - прошептал он. - Магазин цветов... белые розы...
Девяносто девять роз, - кивнула Элиф. - Для невесты. Но ты хотел подарить одну фиалку себе. Чтобы помнить обо мне.
Он посмотрел на неё, и в его глазах был ужас. Осознание чего-то ужасного, что-то, что он не мог понять.
Кто ты? - спросил он хрипло. - Почему ты знаешь всё это?
Потому что ты любил меня, - ответила она, подойдя совсем близко к нему. - Ты сказал, что не можешь жить во лжи. Что должен закончить отношения с Зейнеп.
Демир отступил на шаг, потом на другой. Его лицо исказилось от боли и смятения.
Нет... Зейнеп сказала... она сказала, что мы любим друг друга. Что ждём этого дня...
Она солгала, - сказала Элиф твёрдо. - Она использовала твою амнезию. Чтобы удержать тебя.
Амнезия... - он повторил слово, как будто впервые его слышал. - Я... я не помню ничего. После аварии... только туман.
Ты помнишь обещание? - спросила она отчаянно. - Обещание вечности?
Он смотрел на неё, и в его глазах боролись две реальности - та, что создала Зейнеп, и та, что пыталась пробиться сквозь туман.
Я не знаю, кто ты, - наконец сказал он, и в его голосе слышалась боль. - Но когда я смотрю на тебя, что-то в моём сердце кричит. Что-то говорит мне, что я тебя знаю. Что-то... что-то важно.
В этот момент дверь открылась. На пороге стояла Зейнеп в белом свадебном платье. Идеальная, холодная, убийственно красивая.
Демир, дорогой, - сказала она сладко, но её глаза горели яростью при виде Элиф. - Что происходит? Почему эта... эта женщина в твоей комнате?
Она посмотрела на Элиф, и её взгляд стал ледяным.
Охрана! - крикнула она. - Охрана!
Демир замер между ними. С одной стороны - Зейнеп в белом платье, говорящая о любви и долге. С другой - Элиф в простом платье со следами слёз на лице, говорящая о правде и обещании.
Зейнеп, подожди, - начал он, но не знал, что сказать.
Она пытается разрушить нашу свадьбу! - воскликнула Зейнеп. - Она сумасшедшая преследовательница! Уведите её отсюда!
В комнату вбежали два охранника. Они взяли Элиф за руки.
Подожди! - закричала она. - Демир, вспомни! Поцелуй под дождём! Твоя куртка! Обещание вечности!
Выносите её, - приказала Зейнеп холодно. - И убедитесь, что она никогда не сможет приблизиться к нему снова.
Демир стоял как статуя. Он смотрел, как уводят Элиф, и что-то в его сердце разрывалось. Он не знал, кто она, не помнил ничего, что она говорила, но чувствовал - что-то ужасно неправильное происходило.
Демир! - крикнула она, когда её тащили по коридору. - Пожалуйста, вспомни! Я люблю тебя!
Дверь закрылась. В комнате остались только Демир, Зейнеп и тишина.
Это всё ложь, - сразу сказала Зейнеп, подходя к нему и беря его руки. - Она сумасшедшая. Понимаешь? Она нашла информацию о нашей свадьбе и решила вмешаться.
Демир посмотрел на неё, потом на дверь, куда уводили Элиф.
Почему... почему её слова кажутся такими настоящими? - спросил он тихо.
Потому что она хорошая актриса, - ответила Зейнеп, но в её глазах был страх. - Но я настоящая. Я твоя невеста. И мы сегодня поженимся. Ничто и никто не сможет этого остановить.
Демир кивнул, но сомнение осталось. Маленькое семя сомнения было посажено в его сознании.
А Элиф тем временем тащили по служебной лестнице. Керем ждал её внизу, лицо белое от ярости.
Они тебя схватили? - спросил он, когда её отпустили у задней двери.
Он что-то почувствовал, - выдохнула она, слёзы всё ещё текли по лицу. - Керем, он что-то почувствовал! В его глазах было сомнение!
Но времени уже нет, - сказал он, глядя на часы. - Двенадцать. Церемония начинается.Элиф посмотрела на огромное здание особняка. За этими стенами её любовь женился на другой женщине. Женщине, которая лгала, манипулировала, использовала трагедию.
Я не могу сдаться, - сказала она твёрдо. - Не сейчас. Не когда я так близко.
Что ты собираешься делать? - испугался Керем.
Элиф посмотрела на куртку, которая всё ещё была в её руках. Затем на главные ворота, где уже начинали собираться гости.
Я собираюсь напомнить ему, что такое настоящая любовь, - сказала она. - Даже если для этого мне придётся прервать собственную свадьбу.
И она пошла к главным воротам. Готовая на всё. Готовая бороться до конца. Готовая напомнить Демиру Карадагу о его обещании вечности.
Что бы ей это ни стоило.