Поможете мне? - спросил Демир. - Поможете доказать, что она лгала? Что она подделала улики против Элиф?
Танер подумал несколько минут.
У меня есть кое-что, - сказал он наконец. - Документы. Записи. То, что я собирал много лет. На случай, если понадобится.
Какие документы?
Профессор встал, подошёл к книжному шкафу, нажал на секретную кнопку. Шкаф открылся, показывая сейф.
Я храню это здесь много лет, - сказал он, открывая сейф. - На случай, если Зейнеп попытается разрушить ещё чью-то жизнь.
Он достал папку. Толстую, с надписью “Эрдоган”.
Здесь всё, - сказал Танер, ставя папку на стол. - Финансовые махинации. Подкуп чиновников. Фальсификации документов. И то, что тебе нужно - доказательства, что Зейнеп знала о твоей амнезии с самого начала.
Демир открыл папку. Внутри были фотографии, записи, документы.
Как... как вы это получили? - спросил он поражённо.
У меня есть источники, - улыбнулся Танер. - Люди, которые тоже пострадали от семьи Эрдоган. Бывшие сотрудники.
Конкуренты. Жертвы их методов.
Демир нашёл то, что искал - запись разговора Зейнеп с её адвокатом, сделанную за неделю до свадьбы. Они обсуждали, как “управлять” Демиром с его амнезией.
Это... это идеально, - сказал Демир, голос дрожал от волнения. - Это докажет, что она всё знала. Что она манипулировала мной.
Есть больше, - сказал Танер. - Доказательства, что она подкупила полицейских в деле Элиф. Показания того самого детектива, записанные на скрытый микрофон.Демир смотрел на профессора с восхищением.
Почему вы помогаете мне? - спросил он. - Рискуете собой.
Потому что твой отец был моим лучшим другом, - сказал Танер серьёзно. - И потому что я не могу позволить Зейнеп разрушить ещё одну жизнь. Особенно жизнь невинного человека.
Что мне делать с этими документами? - спросил Демир.
Отнеси их в прокуратуру, - посоветовал Танер. - И дай копию прессе. Семья Эрдоган боится публичности больше всего.
В это же время в камере предварительного заключения Элиф сидела на холодной бетонной койке, глядя в стену. Два дня она провела здесь, без свежего воздуха, без солнечного света, без надежды.
Дверь камеры открылась. Вошёл надзиратель.
Йылмаз, у тебя посетитель, - сказал он. - Адвокат.
Элиф поднялась, удивлённая. У неё не было адвоката.
Когда её привели в комнату для свиданий, за столом сидела женщина. Средних лет, в строгом костюме, с умными глазами.
Здравствуйте, Элиф, - сказала она. - Меня зовут Лейла. Я адвокат. И я хочу помочь вам.
Кто вас прислал? - спросила Элиф подозрительно.
Друг, - улыбнулась Лейла. - Друг, который очень вас любит. И который делает всё, чтобы спасти вас.
Элиф поняла.
Демир? - прошептала она.
Демир, - кивнула Лейла. - У него есть доказательства вашей невиновности. Настоящие доказательства.
Какие доказательства? - спросила Элиф, сердце забилось быстрее.
Записи разговоров. Фотографии. Показания свидетелей, - сказала Лейла, открывая папку. - Всё, что нужно, чтобы разоблачить Зейнеп Эрдоган.
Элиф смотрела на документы, и слёзы текли по её щекам. Слёзы облегчения, надежды, любви.
Он... он всё это сделал для меня? - спросила она.
Он готов пожертвовать всем ради вас, - ответила Лейла. - Своей репутацией, своим бизнесом, своим будущим.
Когда? - спросила Элиф. - Когда я смогу выйти отсюда?
Скоро, - пообещала Лейла. - Очень скоро. Прокуратура уже рассматривает дело. Как только увидят эти доказательства...
Элиф посмотрела в окно комнаты, на маленький кусочек серого неба.
Я хочу увидеть его, - сказала она тихо. - Хочу обнять его.
И вы увидите, - улыбнулась Лейла. - Обещаю вам.
Они сидели в тишине несколько минут. Две женщины, связанные любовью одного мужчины, объединённые надеждой на правду.
Зейнеп... она очень опасна, - сказала Элиф. - Она не остановится ни перед чем.
Я знаю, - кивнула Лейла. - Но правда сильнее лжи. Всегда.
Зейнеп сидела в своём кабинете, пила вино и наслаждалась победой. Новости пестрели заголовками о её “несчастной любви” и “злодейке-флористке”. Всё шло по плану.
Вошёл личный помощник, бледный, испуганный.
Госпожа Эрдоган, - сказал он дрожащим голосом. - У нас проблема.
Какую проблему? - раздражённо спросила Зейнеп.
Прокуратура, - ответил помощник. - Они... они получили новые доказательства по делу Элиф Йылмаз.
Какие доказательства? - нахмурилась Зейнеп.
Записи ваших разговоров, - тихо сказал помощник. - Фотографии. Документы, доказывающие, что вы лгали об амнезии Демира.Вино в бокале Зейнеп задрожало.
Это невозможно, - прошептала она. - Откуда они могли взять?
Неизвестно, - покачал головой помощник. - Но прокурор уже отдал приказ о вашем аресте.
Зейнеп встала, и бокал выпал из её рук, разбившись о мраморный пол.
Аресте? - воскликнула она. - Меня? За что?
За ложные показания. За подкуп полиции. За клевету. За попытку судебного мошенничества.
Дверь кабинета открылась. Вошли двое полицейских.
Зейнеп Эрдоган, - сказал старший полицейский. - Вы арестованы. Идите с нами.
Вы не можете этого сделать! - закричала Зейнеп. - Я из влиятельной семьи! Мой отец...
Ваш отец уже знает, - прервал полицейский. - И он ничего не может сделать.
Они вели Зейнеп через особняк, мимо шокированных слуг, мимо роскошных залов, которые она больше никогда не увидит.
На выходе её ждали журналисты. Вспышки фотоаппаратов, крики вопросов, осуждение в их глазах.
Зейнеп! Как вы комментируете арест? - кричал один.
Правда ли, что вы лгали об амнезии Демира? - спрашивал другой.
Зейнеп закрыла лицо руками, пытаясь спрятаться от камер, от правды, от последствий своих действий.
Когда её сажали в полицейскую машину, она увидела его. Демир стоял напротив, смотрел на неё холодными, пустыми глазами.
Почему? - спросил он тихо. - Почему ты сделала это?
Я любила тебя! - выкрикнула она сквозь слёзы. - Всю жизнь я любила тебя!
Нет, - ответил Демир спокойно. - Ты любила власть. Статус. Деньги. Но никогда не любила меня.
Дверь машины захлопнулась, скрывая её от его взгляда. Демир повернулся и пошёл прочь, к Элиф, к любви, к правде.
А Зейнеп ехала в тюрьму, которую сама построила для других. В мир, где ложь наказуема, а правда восторжествует.