Суд длился неделями. Свидетели сменяли друг друга. Бывшие сотрудники Эрдоганов. Жертвы их махинаций. Люди, которые боялись говорить правду десятилетиями.
Самым драматичным моментом стало выступление Селима аги. Бывший глава империи, теперь заключённый, сидел в клетке для подсудимых, выглядел сломленным, побеждённым.
Я признаю свою вину, - сказал он в микрофон. - Во всём. В убийстве Мехмета Карадага. В финансовых махинациях. В давлении на суды и полицию.
Зал замер. Даже самые опытные журналисты не ожидаешь такого признания.
Зачем вы это сделали? - спросил прокурор. - Зачем убили друга вашего сына?
Он мешал моим планам, - холодно ответил Селим ага. - Хотел расторгнуть брачный контракт. Отдать сыну свободу любить ту, кого он выбрал. Я не мог этого допустить.
Элиф почувствовала, как Демир сжал кулаки. Месть. Просто холодная, расчётливая месть за то, что кто-то осмелился нарушить их планы.
А Зейнеп? - спросил прокурор. - Ваша дочь знала об этом?
Она знала всё, - признался Селим ага. - И участвовала. С удовольствием.
В это время в зал вошла Зейнеп. Её привели из швейцарской клиники специально для этого процесса. Выглядела она бледной, похудевшей, но в глазах было что-то новое. Не холодность, не мстительность, а... покаяние?
Она подошла к микрофону, и зал затих.
Я хочу извиниться, - тихо сказала она. - Перед всеми, кому я причинила боль. Перед Элиф. Перед Демиром.
Элиф посмотрела на неё с удивлением. Не ожидала услышать это от женщины, которая пыталась разрушить её жизнь.
Я была больна, - продолжала Зейнеп. - Психически больна. Но это не оправдание. Я сознательно делала ужасные вещи.
И я готова понести наказание.
Она посмотрела на Элиф.
Прости меня, - сказала она. - Пожалуйста.
Элиф встала. Весь зал посмотрел на неё.
Я прощаю тебя, Зейнеп, - сказала она спокойно. - Не для тебя. Для себя. Чтобы жить без ненависти в сердце.
Зейнеп заплакала. Тихие, искренние слёзы раскаяния.
Последним выступающим был Кенан Бей. Мозг операции. Самый опасный из всех. Он сидел спокойно, словно не в зале суда, а в своём офисе.
Господин Бей, - начал прокурор. - Вы организовали эту преступную сеть. Вы отвечали за финансовые махинации, заустранение неудобных людей, за давление на свидетелей. Признаёте ли вы свою вину?
Кенан улыбнулся. Холодная, расчётливая улыбка человека, который считает себя умнее всех остальных.
Я признаю только одно, - сказал он. - Я был успешен. Очень успешен.
В зале прошёл гул удивления.
Что вы имеете в виду? - спросил прокурор.
Я создал систему, которая работала, - спокойно объяснил Кенан. - Систему, которая приносила прибыль. Систему, которая обеспечивала стабильность. Я делал то, что необходимо для бизнеса. Для экономики.
Убийства были необходимы для экономики? - с недоверием спросил прокурор.
Иногда - да, - безэмоционально ответил Кенан. - Иногда нужно устранять людей, которые мешают прогрессу. Мехмет Карадаг был таким человеком. Его идеализм, его честность... всё это мешало развитию.
Демир почувствовал, как подступает тошнота. Этот человек не просто преступник. Он был социопатом. Человек без совести, без раскаяния.
Вы не раскаиваетесь в своих действиях? - спросил прокурор.
Раскаяние - для слабых, - холодно ответил Кенан. - Я не слабый. Я делал то, что должен был делать. И если бы у меня была возможность сделать это снова - я бы сделал то же самое.
В зале повисла тишина. Даже судья выглядел шокированным. Никогда ещё он не слышал такого откровенного, бесстыдного признания в преступлениях.
Когда прокурор закончил допрос, судья обратился к присяжным.
Вы слышали показания, - сказал он. - Вы видели доказательства. Теперь ваша задача - вынести вердикт.
Присяжные удалились для совещания. Зал ждал. Час. Два часа. Напряжение росло с каждой минутой.
Наконец они вернулись. Глава присяжных встал.
Вердикт по делу Селима аги Эрдогана, - начал он. - Виновен по всем пунктам обвинения.
Вердикт по делу Зейнеп Эрдоган, - продолжил он. - Виновна по всем пунктам обвинения.
Вердикт по делу Фикрета... - перечислял он имя за именем. - Виновен.
Вердикт по делу Кенана Бея, - закончил он. - Виновен по всем пунктам обвинения.
Взрыв аплодисментов. Люди встали, кричали “Браво!”, плакали от радости. Правосудие свершилось. Наконец-то свершилось.
Судья ударил молотком.
Приговор, - провозгласил он. - Селим ага Эрдоган - пожизненное заключение без права на досрочное освобождение.
Зейнеп Эрдоган - пятнадцать лет тюрьмы с последующим обязательным лечением. Фикрет и Мехмет - по двадцать лет.
Кенан Бей - пожизненное заключение без права на амнистию.
Кенан посмотрел на Демира и Элиф, и в последний раз они увидели в его глазах не страх, не сожаление, а холодную, расчётливую ненависть. Ненависть к тем, кто разрушил его идеальную систему.
Когда его уводили из зала, он прошептал: “Это ещё не конец. Это только начало.”
Но Демир и Элиф не услышали его. Они обнимали друг друга, и слёзы счастья текли по их щекам. Битва закончилась. Они победили.
Их битва за правду. Их битва за справедливость. Их битва за любовь.
И они знали, что теперь... теперь они могут жить. Настоящей, чистой, счастливой жизнью. Вместе. Навсегда.