– Я не собираюсь делить одну спальню с тобой! – зашипела она. – А теперь убирайся отсюда!
– Я уступил тебе мою постель прошлой ночью, – холодно напомнил он ей, обходя кровать с другой стороны. – Больше такого не повторится.
– Не обвиняй меня в этом и пошел к дьяволу! – с жаром ответила Коринн. Ее глаза полыхнули зеленым огнем. – Я к тебе не просилась переночевать. Сюда, кстати, тоже. А если тебе нужна твоя постель, пожалуйста, занимай ее. – Она соскользнула на пол и схватила халат, который висел на спинке в ногах. – Лягу где-нибудь в другом месте.
– Боюсь, это невозможно, – отозвался Джаред. – Свободных комнат здесь нет.
Коринн направилась к двери.
– Тогда лягу с Флоренс, – бросила она через плечо.
Он догнал ее, схватил за руку. Стиснул, как клещами.
– Никуда ты не пойдешь. – Грубо оттащил от двери. – А теперь марш в постель.
Коринн споткнулась. Распущенные волосы упали на лицо. Когда она, наконец, закинула волосы за спину и посмотрела на него, то полностью забыла гневную тираду, которую собиралась бросить ему в лицо. Джаред отбросил полотенце в сторону, а сейчас собирался снять брюки.
– Нет! – ахнула Коринн, побледнев. – Не приближайся ко мне!
Он замер на месте, недоверчиво рассматривая ее. Потом вдруг закинул голову и громко расхохотался.
– Я серьезно, Джаред! – Она была на грани истерики.
– Я никогда не сплю одетым. Всегда голым, – объяснил он, продолжая посмеиваться. – А сейчас мне не хочется ничего, кроме как выспаться.
Щеки у нее покраснели от смущения.
– Тогда спи один. – Коринн стянула покрывало с постели. – Я лягу на кушетке, благодарю.
Моментально став серьезным, Джаред смотрел, как она надменно, в своей обычной манере, направилась к кушетке. В его прищуренных глазах бушевала буря.
– В одном ты можешь быть совершенно уверена – я до тебя пальцем не дотронусь. – Голос у него был тяжел от презрения. – Твое тело весьма поистаскалось, чтобы представлять для меня интерес.
Джаред услышал, как у нее перехватило дыхание, и получил от этого какое-то извращенное удовольствие. Расправив плечи и выпрямив спину, она подошла к кушетке.
Пусть провалится к дьяволу со своей красотой! Он был ошеломлен, когда, войдя в комнату, увидел ее на постели такую манящую, такую соблазнительную. А потом ее глаза гневно сверкнули, и она стала даже еще красивее, роскошная в своей злости. Но он держал себя в руках. Она не заставит его почувствовать к ней хоть что-то.
Это похоть. Похоть, за которую он ненавидел себя. Но Коринн никогда не узнает, что до сих пор тревожит его кровь.
Погасив лампу, Джаред скинул брюки и тяжело рухнул в постель. Несмотря на смертельную усталость, прошло много времени, прежде чем он заснул.
Глава 27
На следующее утро Джаред встал и быстро оделся. Коринн все еще спала. Она лежала на спине, свесив одну руку до пола и закинув за голову другую. Длинные золотистые волосы тоже спустились до пола, а шелковое покрывало сбилось в ногах, обозначая очертания стройного тела под ночной рубашкой.
Джаред постоял над ней, разглядывая ее с суровым выражением лица. Полночи он провел, думая о ней. Сейчас надо было выкинуть ее из головы. Сейчас нужно было встретиться с Малией.
Малия – это был гавайский вариант имени Мария, которым ее никогда не называли. Он не виделся с сестрой уже восемь месяцев. А если быть честным, то больше года. Это было не похоже на Джареда, потому что он любил Малию больше всех на свете. После смерти матери он опекал ее, заботился о ней, старался восполнить отсутствие материнской ласки.
Но последний год оказался для Джареда полным мучительных проблем, и поэтому надо было признать, что заботы о восемнадцатилетней сестре отошли у него на второй план.
Малия вернулась сюда в феврале, разгневанная тем, что брат перестал обращать на нее внимание. И, если верить Акеле, настроение у нее за последнее время только ухудшилось. Он понимал, что сестра в этом не виновата. Они всегда были близки, и Джаред старался быть с ней ласковым, чтобы Малия не чувствовала себя обделенной из-за того, что лишилась матери. То, что он не рассказал ей о своей женитьбе, потрясло ее. Джаред не рассчитывал, что до нее дойдут омерзительные подробности, касавшиеся его жены. Никто не смог бы донести такого рода сплетни до восемнадцатилетней девчонки.
Коринн заворочалась. Он быстро вышел из комнаты, тихо закрыв за собой дверь. С кухни до него донеслись голоса, значит, Малия собирается там завтракать. Столовую обычно обходили стороной и пользовались ею, только когда в доме были гости, а так они с сестрой предпочитали теплую атмосферу кухни, оживлявшуюся присутствием Акелы.