Глава 28
Марьяна огорошила Еву известием, что снова беременна. Еве захотелось плакать от бессилия. Как же она устала! А тут ещё один младенец на её голову. Любочка подросла, начала ходить и требовала всё больше внимания. Конечно, Марьяна оказалась отличной матерью, и, в отличие от Евы, не стремилась скинуть дочку на молодую бабушку. Но Ева чувствовала, что её квартира, некогда казавшаяся такой просторной, превращается в общежитие. Личного пространства отчаянно не хватало. Хотелось убежать, скрыться в какой-нибудь норе, подальше от людских глаз.
На кухню, где разговаривали мать и дочь, вальяжно выплыл Гена с Любочкой на руках.
– Может, теперь оформите мне прописочку, Ева Леонидовна ? Всё-таки у нас с вашей дочерью скоро двое детей будет.
– Это имеет какое-то отношение к регистрации в нашей квартире? – холодно отозвалась Ева.
– Ген, ну чего ты опять начинаешь? – жалобно взглянула на мужа Марьяна. – Дай Любаньке яблоко, видишь, она хочет.
– А чего я начинаю, Марьян? – вызывающе бросил Гена. – Мы с тобой женаты давно. А я тут на птичьих правах, до сих пор в общаге зарегистрирован. Тебе самой-то не стыдно?
– Это бабушкина квартира, – насупилась Марьяна.
– Вот и поговори со своей бабкой. Она вас послушает. Не в её положении выпендриваться.
Ева поднялась с табуретки и вытянулась во весь свой невысокий рост. Как бы ей хотелось быть на голову выше этого недоумка, которого по странному недоразумению выбрала в мужья её дочь.
– Так, заткнулся и вышел отсюда! – Ева постаралась, чтобы в её голосе звучала угроза, но, похоже, ей не слишком это удалось.
– А то что?
– А то отправишься к себе в общагу. И Марьяну с Любой больше не увидишь.
– Мам, ну ты что? – заплакала Марьяна. Вслед за ней принялась всхлипывать и Любочка.
– Вы, москвичи, совсем охамели, – борзо заявил Гена. – Привыкли всё получать по первому требованию. Подавитесь вы своей квартирой!
Он скрылся в комнате, не преминув громко хлопнуть дверью. Ева слышала, как, испугавшись, заревела внучка. Она взглянула на дочь.
– Ты тоже считаешь, что мы должны прописать Гену в нашей квартире?
– Делай, как считаешь нужным, мам. Ты ничего не должна. А бабушка тем более. Да и Леська точно не согласится.
Ева выдохнула. Хорошо, что дочь на её стороне. Марьяна подошла и обняла Еву сзади, прижавшись щекой к её волосам.
– Я поговорю с ним, ты только не нервничай. Я знаю, как ты переживаешь из-за всего.
– Марьян… – робко произнесла Ева. Ей стыдно было предлагать такое дочери, но она не могла не попытаться. – Ты уверена, что тебе сейчас нужен второй ребёнок?
Спиной Ева почувствовала напряжение, охватившее дочь. Марьяна отстранилась от неё, обошла, чтобы видеть лицо матери.
– Мам, я справлюсь, слышишь? Я рожу столько детей, сколько мне Бог пошлёт, и не убью ни одного из них.
Ева поджала губы. Повзрослевшая Марьяна знала, что мать иногда прерывала беременности, и, оказывается, имела вполне устоявшееся мнение по этому поводу. Интересно, надолго ли её хватит? Ева была уверена, что Марьяной движет идеализм юности, и жизнь всё расставит на свои места.
В прихожей завозилась Лена.
– Мамуль, дай денег! Я в парикмахерскую!
Ева вышла к младшей дочери.
– Сколько тебе? – как назло, в кошельке были только крупные купюры.
– Да давай, – Лена беспардонно выдернула из рук матери бумажку. – Сдачу принесу.
– Не потеряй, – напутствовала её Ева и добавила, – Шапку надень.
– Я капюшон! – разнеслось где-то в районе лифта.
– Чумная, – покачала головой Ева.
Сегодня был выходной, и Ева мечтала о тупом, круглосуточном безделье. Но известие Марьяны и ссора с её мужем выбили её из колеи. Пока не было Лены, Ева закрылась в комнате и постаралась получить максимум от своего временного одиночества. Она сделала маникюр, упражнения для груди, разделась и придирчиво рассмотрела себя в зеркале, а потом легла на кровать и прикрыла глаза. Спать не хотелось. Мысли лениво бродили в голове, медленно переползая от темы к теме. Не отпускала работа. Еве было слишком трудно, и она подумывала, не вернуться ли ей в Склиф, тем более, что её бывший любовник покинул свой пост, и больше ей не угрожали его бесконечные домогательства. С утра ей названивала Ветка, с которой они договаривались пойти вечером потанцевать. Но Еве не хотелось никуда ехать, и она по своему обыкновению просто выключила звук на телефоне. Не до Ветки ей сейчас. И так забот хватает. Проблемы всё сыплются и сыплются на бедную Евину голову, и конца-края им не видно. За стенкой простонала мама. Ева с трудом поднялась, потянулась, разминая спину, и заглянула к ней.