– Что-то надо, мамуль?
Вероника Фёдоровна лишь невнятно помычала, но Ева давно уже научилась понимать мамины звуки.
– В туалет?
Она принесла утку. Сколько она обслуживала таких лежачих больных в Склифе, равнодушно, немного брезгливо, параллельно болтая о разном с другими медсёстрами и санитарками, а с мамой было совсем по-другому. Ева прошла вместе с ней весь многолетний путь её болезни, с самых первых, таких невинных, симптомов, и понимала, что скоро он подойдёт к неизбежному концу. Мама мучилась, это было очевидно. Мучилась не от боли – от беспомощности, всё сильнее и сильнее по мере того, как отмирала очередная функция её организма.
– Хочешь ещё что-то? – предложила Ева. – Почитать тебе?
Мама криво улыбнулась и издала протяжный звук. Ева покачала головой.
– Нет, я не занята. Ленка убежала в парикмахерскую. Марьянка со своими. Кстати… – Ева сомневалась, стоит ли сообщать маме, мало ли как она отреагирует, но всё-таки решилась, – она снова ждёт малыша. Я чего-то не рада…
Вероника Фёдоровна пошевелила пальцами, пытаясь дотянуться до руки дочери. Ева помогла ей, вложив руку в её ладонь.
– Думаешь, всё будет хорошо?
Мама моргнула.
– Ладно. Я просто устала…
Мама моргнула ещё раз. Ева знала, что она её понимает и поддерживает. Удивительно, что только она. В её-то положении.
Ева пробежалась пальцами по корешкам книг, сложенным стопкой на тумбочке возле маминой кровати. Это были её любимые. Которые она могла слушать бесконено.
– Вот. Три товарища. Хочешь? – предложила Ева, но отложила книгу в сторону. – Хотя нет. Она грустная. А давай Чехова. Рассказы. Смешные.
Мама, казалось, была согласна на всё. Лишь бы только Ева была рядом.
Еву убаюкивали правильные строки классика, она будто покачивалась на волнах отточенных слов, посмеивалась над забавными ситуациями и вздыхала, иногда узнавая в героинях себя. Она увлеклась и не услышала, как в прихожей хлопнула дверь. Только когда послышался резкий Ленкин голосок, Ева оторвала взгляд от страниц книги.
– Мам, а чё поесть?
– Могла бы поздороваться для начала, – с упрёком отозвалась Ева и осеклась. Внешний вид дочери привёл её в ужас. От милой девочки-подростка с редким русым хвостиком не осталось и следа. На густо подведённые глаза спускалась косая чёлка с острыми, рваными концами, выкрашенная в мрачный чёрный цвет. Удлинённая стрижка выглядела стильно, но почему-то пугала.
– Лен, чё за хрень ты сотворила? – хлопая глазами, поинтересовалась Ева, стараясь в сердцах не наорать на дочь.
– По-моему, клёво, – Лена задорно тряхнула чёлкой.
– Ты кто теперь? Эмо? Готт? Или кто ещё?
– А чего столько иронии? Ну, типа того. Ты что-то имеешь против?
Ева покачала головой.
– В холодильнике картошка и мясо по-французски. Подогрей себе.
Когда Лена ушла, Ева с шумным вздохом обернулась к маме.
– Не, ну ты видела эту звезду? И ведь не сказала ничего. Просто попросила денег на парикмахерскую.
***
Зима наступала так отвратительно долго, что Еве хотелось самой подняться на небо и яростно вытрясти низко висевшие серые тучи, которые никак не могли разродиться снегом. Настроение было отвратительное. Марьянин муж продолжал терзать её подколами относительно зажравшихся москвичей, Ленка гуляла допоздна, беззастенчиво курила, а однажды Еве даже пришлось забирать её из милиции, куда её забрали после того, как она, пьяная, орала в каком-то дворе матом на пытающихся образумить её жильцов. Маму положили в больницу, но Ева воспринимала это скорее как небольшую передышку для себя, чем как возможность улучшить мамино состояние.
Чтобы немного отвлечься, Ева всё-таки вырвалась с Веткой в бар. Пожалуй, это был самый классный их выход. Они заранее “подготовились”, уговорив вместе с Веткиным мужем на троих бутылку водки и, оставив заботливого папашу с тремя детьми, отправились “пожужжать” в любимый бар “Шмели”. Эта ночь была богата на встречи с интересными персонажами. Сначала вокруг них кружил странного вида молодой человек, совершая инопланетные движения. Танцевальная Ветка моментально подстроилась под его стиль, изгибаясь и выворачиваясь, точно под воздействием неких веществ. К Еве принялся подкатывать парень из компании в тренировочных костюмах. “Гопники” вообще оказались вполне милыми, и вскоре девушки задорно отплясывали с ними в кругу под песни группы “Ленинград”. Симпатичный высокий парень пригласил танцевать Ветку, а потом участвовал вместе с ней в пошлом конкурсе. Они выиграли и получили в подарок от заведения по коктейлю. Молодая белобрысая девчонка пробовала удивить Веткиного ухажёра и, забравшись на пилон, живописно рухнула с него на пол. Еве казалось, что всё происходит в каком-то безумном угаре. Ей давно не было так хорошо. Они ушли около трёх ночи, не попрощавшись ни с кем из тех, с кем тусовались. Кто они для них? Мимолётные знакомые. Повод пофлиртовать для повышения собственной самооценки. Подруги уселись на скамейку в сквере, вытянули ноги, устремили взгляды в ночное хмурое небо и завопили на пару: