– Спасибо тебе, Кир, – искренне поблагодарила Ева, когда чемодан был водружён в багажник автомобиля, а Лена усажена на заднее сиденье.
– Рад был встретиться, – дружелюбно улыбнулся Кирилл.
– Я тоже.
Ева привстала на цыпочки и неожиданно поцеловала его в щёку. Кирилл смотрел, как удаляется жёлтая машинка, и с удивлением осознал, что думает о Еве с нежностью. Как о глупенькой малышке, так нуждающейся в его заботе. Что за глупости! Ещё года не прошло, как ушла Оленька.
Из такси он, как и планировал, позвонил маме. Но дома, вместо того, чтобы улечься спать, включил компьютер и зашёл на страничку Евы в социальной сети. Полистав её ленту, он увидел картинку, выложенную в середине июля. Как будто карандашный рисунок из интернета. Грустная девушка плачет над телом умершей матери, а дух покойной спокойно уходит к свету. Подпись под картинкой гласила: “Мне так тебя не хватает”. Кириллу всё стало ясно. Удивительно, как безошибочно он теперь видит эту людскую боль. После того, как пережил её сам. У Евы умерла мама. Ещё бы не быть ей потерянной, покинутой, одной на всём белом свете. Кстати, почему она одна? Неужели нет мужчины, способного предложить ей своё крепкое плечо в тяжёлый момент жизни? Кирилл ещё раз пролистал ленту. Последние фото из Анапы. Ева с чем-то недовольной дочкой на бортике фонтана. Майские групповые фото, где Ева среди людей в белых халатах. Несколько сменённых статусов с заумными мыслями о дружбе и, в целом, об отношениях между людьми. И ни одной фотки с мужчиной, в котором можно было бы угадать кого-то большего, чем просто знакомого.
Так. Стоп. Надо поспать. Что это его понесло? Что за странная ностальгия? К чему всё это? И он заснул. А во сне ему приснилась Оля. Здоровая, улыбающаяся, радостная. Она молчала, а вокруг неё звучала музыка, ощутимая настолько, что от неё из воздуха возникали причудливые цветы и лились фонтаны разноцветных блёсток. “Сон, как у девчонки, – подумал, проснувшись, Кирилл. – Не хватает только розовых единорогов”. Но, главное, в этом сне была Оля. Оле было хорошо, её ничего не тревожило, и Кирилл ясно уловил её посыл: у них разные дороги. У неё – там, в высшем мире, у него – здесь, на земле.
В субботу Кирилл решил разобрать шкаф на балконе. До этого обычно никогда не доходили руки. Там скопились старые вещи, инструменты, старые журналы доинтернетной эпохи. Он с удовольствием полистал пожелтевшие странички, решив оставить журналы как раритет, и протянул руку к верхней полке, где в едином порыве сплелись свитера, толстовки, джинсы, хранившиеся для дачных и ремонтных работ. Кирилл уготовил всей этой куче участь быть вынесенной на помойку без разбора. Он слегка потянул за свесившийся трикотажный рукав, как вдруг ему на голову выпали синие джинсы. Тут же что-то больно ударило его по макушке. Чертыхнувшись, Кирилл сбросил с себя штаны, брезгливо отшвырнул их в сторону. Из кармана выпал старый кнопочный телефон. «Вот это да. А я-то думал, что потерял тебя». В этом же шкафу стояла коробка со старыми зарядками. Бог его знает, зачем Кирилл хранил их. Но зарядка от «потеряшки» тоже была здесь. Через полчаса маленький экранчик приветливо замигал, словно проснувшись от долгого сна. Кирилл открыл список контактов. Скольких же людей он посчитал безвозвратно потерянными для общения! Он сидел на полу, медленно перебирая имена, вспоминая их обладателей, и вдруг на экране возникла надпись: «Ева Лацис»…
Кирилл моментально вспомнил тот скорбный день, когда не стало Трубача, и Еву в ветклинике. Конечно, он с тех пор так и не надел эти джинсы, машинально засунув их в это хранилище забытых вещей, не удосужившись даже вытащить из кармана телефон. Кирилл задумчиво рассматривал цифры на экране. Конечно, Ева, наверняка, с тех пор сменила номер. Но это было напоминанием. Кирилл улыбнулся. Может, это Оля решила, что хватит ему тосковать по ней? Он открыл окно, взглянул на облачное небо.
– Эй, Мандаринка, – тихо проговорил он, глядя ввысь, – признайся, это ты?
И словно в ответ, сквозь густые облака прорвался яркий луч солнца и резанул ему по глазам.
***
Новое сообщение мигало голубым конвертиком. Неужели опять Ветка? Нет, с ней всё в прошлом. Ева не собирается нервничать и переживать. Пусть подруга… бывшая подруга живёт в параллельной счастливой реальности. Без неё. Впрочем, Ветка давно заблокирована. Если только не нашла каких-то других путей пролезть в её аккаунт. Готовясь к новой отповеди, Ева нажала на иконку.
Кирилл Астахов. Ева захлопала глазами, чтобы убедиться, что ей не померещилось. Последняя встреча в аэропорту почему-то не отпускала. Именно в этот период жизни, когда Ева чувствовала себя такой несчастной, такой уязвимой, он предложил свою, пусть небольшую, но помощь. Когда-то Марат тоже помогал ей в трудный момент. Но его участие казалось навязчивым и ненужным. А в этот раз сердце Евы сразу потянулось к Кириллу. Она даже сама удивилась. То ли так настрадалась от передряг последнего времени, что уже не было сил строить из себя сильную женщину? Смерть мамы выбила её из колеи. Она и в Анапу эту дурацкую поехала, чтобы резко сменить обстановку. Да и, что греха таить, чтобы в очередной раз доказать себе, что она не хуже Ветки. Вот ведь как… Она с Веткой порвала уже месяц назад, а всё равно с ней соревнуется. Конечно, переполненная, душная Анапа ни в какое сравнение не шла с египетским четырехзвездочным оллинклюзивом. Ленка моментально словила ротавирус и первую неделю пролежала, не отходя от тазика и унитаза. Только потом они стали выбираться на пляж, где яблоку было негде упасть, и с осторожностью ходили в кафе, имеющие относительно приличный вид. В результате Ева потратила кучу денег и не получила ни капли удовольствия. А тут ещё эта толчея в аэропорту, здоровенный чемодан, бестолковая Ленка и, как ангел Божий, явившийся Кир. Ева растаяла. Её будто кто-то подтолкнул к Кириллу, заставив поцеловать его на прощание, хоть и совсем по-дружески. Всю дорогу домой она ехала, преисполненная чувством благодарности, и искренне жалела, что у них совсем не было времени поговорить. Судя по сообщению, их мысли совпали.