Глава 32
Роман с Евой казался настолько фантастическим, что Кирилл боялся, что этот сон закончится. Недостижимая мечта его юности вдруг оказалась рядом с ним. Нежная, отзывчивая, добрая, прекрасная… Хотя Кирилл и не показывал этого, но поначалу он робел. Несмотря на принятое им благословение Оли, он боялся, что неправильно понял её знаки и своей любовью к другой предаёт память ушедшей жены. Сначала он уговаривал себя, что хочет просто помочь Еве. А потом понял, что не может без неё прожить ни дня. Прежние чувства ожили так быстро, что Кирилл сам удивился. Будто они никуда и не исчезали, просто дремали до поры до времени, ожидая подходящего момента. Когда, наконец, Ева оказалась в его объятиях, Кириллу показалось, что он взлетит. Каждая клеточка его тела ликовала: Ева, его Ева была рядом, обнажённая, и потому кажущаяся совершенно беззащитной. Он любил Олю. Очень любил. Но то наслаждение, которое дарила ему Ева, было несравнимо ни с чем. Кирилл не знал, как оторваться от этого восхитительного отзывчивого тела, и снова и снова покрывал ласками каждый участок шелковистой кожи, заставляя Еву прикрывать глаза, вздрагивать, постанывать, шептать слова благодарности. Это была лучшая ночь в его жизни. Ночь, которую он ждал всю свою жизнь. Он понял, что не сможет больше быть вдали от этой женщины. Они слишком долго шли друг к другу через боль, через испытания. Поэтому он, ни капли не сомневаясь, предложил ей жить вместе. Кирилл видел, что Ева колеблется. Не потому, что сомневается в своих чувствах. Скорее, потому, что слишком часто обжигалась в прошлом. А это больно. Она рассказывала ему о своих неудачных браках, о метаниях и разочарованиях, о совершённых ошибках и глупостях, о том, как осталась совсем одна. Кирилл готов был её поддерживать, жалеть, прощать без конца.
Однажды он набрал знакомый номер.
– Отец Тимофей, помогите.
– Хоть бы раз сказал просто “здравствуй”, – раздался добрый ворчливый голос.
– Только не говорите, что я вам не звоню просто так, – рассмеялся Кирилл. – Как дела? Как служба?
– Милостью Божией. С чем пожаловал?
– Я встретил женщину, на которой хочу жениться.
– Вот как?
Кирилл не услышал в голосе отца Тимофея осуждения и воспрял духом.
– Это Ева. Помните?
– Настигла тебя, всё-таки, старая любовь. Говорил я тебе: неизвестно, как жизнь сложится.
Кирилл и забыл, что отец Тимофей так говорил. Словно знал. Напророчествовал, значит. Или, вправду, видел? Отец Тимофей – удивительный, от него всякого ожидать можно.
– Какая у вас память, – восхищённо произнёс Кирилл.
– Да, не жалуюсь. Так что ты хочешь? Совета? Благословения?
Кирилл задумался.
– Я никогда не был так уверен в том, что делаю, – наконец, сказал он. – И знаю, что Оля, наверняка, радуется за меня. И всё же… не могу о ней не думать…
– Ольга твоя на небесах, не раз уже говорил тебе об этом, – назидательно изрёк отец Тимофей.
– Я знаю. Как думаете…
– Коли любишь – женись. Столько ты из-за этой женщины претерпел, хотя и не её вина в этом была, значит, заслужил быть с нею. Встреча ваша Господом была предусмотрена. Принимай этот дар, не гневи Бога. Будет желание – приезжайте, благословлю, обвенчаю.
– Не знаю, захочет ли Ева… – замялся Кирилл, – Мы с ней не говорили…
– Надо будет, сама придёт к вере. Как ты пришёл. Не толкай её.
Как обычно, разговор с отцом Тимофеем успокоил Кирилла, и он окончательно укрепился в мысли, что им с Евой надо быть вместе. Но оставался ещё один важный человек, с которым говорить было гораздо страшнее. Мама.
Галина Владимировна всегда была рада видеть сына. Она всегда старалась купить к его приезду что-нибудь вкусненькое. Сегодня она нарезала тонкими ломтиками истекающую жирком мурманскую форель.
– Люда прислала вчера с поездом. Вкуснятина нереальная.
Кирилл обожал этот странный вкусовой букет: бутерброд с маслом и солёной рыбкой и чёрный чай с сахаром и лимоном. Он медленно пережёвывал кусочки хлеба и аккуратно запивал горячей кисло-сладкой жидкостью, оттягивая тот момент, когда придётся говорить, зачем он всё-таки приехал.
– Ты помнишь Еву? – наконец, решился спросить Кирилл.
Мама удивлённо приподняла брови.
– Еву? Твою одноклассницу? С которой вы Трубача притащили?
– Порекомендуй мне свои таблетки для памяти, – чуть нервно засмеялся Кирилл.
Галина Владимировна нахмурилась.
– Я ещё помню, что именно из-за этой девицы ты стал инвалидом. Покрутила хвостом, и след её простыл, а мой сын…