***
“Она выходит замуж. Снова замуж,” – эти мысли не оставляли Кирилла. Он злился прежде всего на себя, что до сих пор не может выкинуть Еву из головы. А заодно и на неё: за то, что появилась в тот момент, когда в его жизни всё, казалось бы, начало налаживаться. Оля теперь почти всегда была рядом. Застенчиво и искренне она отдалась ему тёплой июльской ночью, когда мама уехала на дачу к какой-то из своих подружек. Со времён войны Кирилл не знал женщины, наказывая себя воздержанием за свои грехи. А перед Олей не устоял. Она была так открыта, так невинна, и так хотела подарить ему себя, что не принять такой дар значило бы обидеть её. А Олю обижать он не хотел. Он хотел видеть её рядом всегда, тайком слушать, как она ведёт диалоги со стареньким пианино, ловить её взгляды из-за маленького окошка овощного ларька, защищать от придирок хозяина и чувствовать её поддержку и веру в его силы. Кирилл таскал для неё маленькие томики любовных романов, и они вместе смеялись над витиеватыми оборотами эротических сцен и чувственных объяснений. Он относился к ней бережно, как к драгоценности, и потому принял её дар с уважением и благодарностью. И вот появляется Ева. И его голова снова забита этой легкомысленной девчонкой. Что за напасть такая?
Оля сразу уловила изменение его настроения. Она вообще очень чуткая, его Оля. Поразительно, насколько эта девушка, восприимчива к чужим переживаниям. Какой контраст с эгоисткой Евой! Хотя почему эгоисткой? Что он знает о ней, в конце концов? Светящиеся волосы Евы нимбом легли вокруг её утончённого лица. Кирилл встряхнул головой, прогоняя видение. Что за чёрт?
– Тебя что-то тревожит, Кирюш? – Оля заботливо поставила перед ним чашку с дымящимся чаем.
Он накрыл её руку своей ладонью.
– Всё хорошо, Оленька. Садись. Хватит хлопотать.
Оля послушно села на табуретку, подпёрла подбородок ладошкой и устремила на Кирилла мягкий взгляд карих глаз.
– Я же вижу… – проговорила она. – Что-то с работой?
Кирилл махнул рукой.
– Ой, что там может быть! Тоже мне, дело великой важности!
– Кирюш, я думаю, может, тебе в институте восстановиться? Или в другой поступить?
– Да кто меня туда возьмёт? – рассмеялся Кирилл.
Но Оля была серьёзна.
– Я, между прочим, не шучу, – строго сказала она. – Ты возьми, да узнай. Хотя бы на вечернее отделение. Ты такой умный! Я постоянно удивляюсь, как в одной голове может умещаться столько знаний! Тебе учиться надо.
Вот вечно она, эта Оля. Даже мама, кажется, уже отчаялась увидеть в сыне классного специалиста, а Оля не сдаётся. Потому что верит. Но у него с ней давний договор.
– Ты же знаешь, – Кирилл взглянул на Олю испытывающе, – свой ВУЗ я меняю на твою консерваторию.
– В этом году я ещё не готова, но в следующем обязательно.
Кирилл знал, что Оля не врёт. Она была полна решимости.
– Вот и я в следующем. Договорились?
Оля улыбнулась и по-мужицки крепко пожала его руку.
– Замётано.
Кирилл наклонился и поцеловал Олю в губы Она откликнулась с какой-то тихой, скрытой радостью.
– Давай поженимся, – прошептал Кирилл, и его слова, смешавшись с дыханием, получились едва слышными.
Но музыкальный слух Оли уловил каждый звук. Она улыбнулась, кивнула и прижалась щекой к плечу Кирилла. А он сам не понял, как так получилось, что он это сказал, и вдруг испугался. Не сделал ли он это нарочно? Узнав, что Ева снова ускользает от него? Не захотел ли снова спрятаться от боли, как уже сделал это однажды? Но разве можно сравнить ад войны с любящими объятиями верной, нежной Оли? Бегство ли это? Или желание обрести тихую пристань? И человека, которому он, Кирилл, будет важен?
Глава 9
На душе Кирилла было неспокойно. Он рассказал маме, что сделал Оле предложение, и та даже прослезилась от счастья. Сама Оля отказалась до свадьбы переезжать к нему и по-прежнему работала в овощной палатке, а вечерами занималась музыкой. Они много говорили о совместном будущем, и Кирилл рассказал ей, что не сможет сделать её матерью. Оля заплакала. Только не о себе – о нём. О том, что ему пришлось пережить. А потом сказала, что можно жить и друг для друга или подарить семью брошенному малышу. Кирилл смотрел на свою невесту и никак не мог понять, что же нашла в нём эта чудесная девушка, и как может он всё ещё вспоминать Еву.
В один из выходных ноги сами привели его к храму. Отца Тимофея он приметил сразу. Рослый священник беседовал о чём-то с немолодой женщиной. Кирилл терпеливо подождал, а потом подошел ближе.