– Жаль я этого никогда не узнаю, – прошептал Кирилл, и голос его дрогнул.
– А пойдёмте в кино, – вдруг предложила Галина Владимировна.
– Точно! – воскликнула Оля. – А потом в МакДональдс.
– Госсподи! – по-стариковски воскликнула Галина Владимировна. – Булок с котлетами давно не ели!
А булки с котлетами зашли на ура. И коктейли со странным насыщенным вкусом, которые еле-еле тянулись через толстые трубочки. И хрустящая ароматная картошка. Кирилл смотрел на своих любимых женщин и не мог наглядеться. Какое счастье, что его мама никогда не стремилась инспектировать его жизнь, и даже в самые трудные моменты была надёжным тылом. А теперь рядом появилась Оля, не иначе, как посланная самим Господом Богом. Кирилл всегда находил время зайти в храм, и не уставал благодарить Всевышнего за эту женщину, вытащившую его из бездны.
Глава 13
Они уже полгода спорили об именах. Всё, что ни предлагала Ева, Славику категорически не нравилось. Сегодня дело вообще чуть не дошло до скандала.
– Слав, давай она будет Лада, – ластилась Ева к мужу. – Ты только послушай, как красиво звучит. Ладуся… Ладушка…
– Лада – это машина. Жигули. – зло оборвал Славик. – Я не хочу, чтобы мою дочь звали, как исчадье нашего автопрома.
Ева закатила глаза.
– Ну хорошо. Тебе-то что нравится? Сколько уже думать можно?
Славик помолчал.
– Брунгильда, – торжественно изрёк он.
Ева швырнула в него маленькой диванной подушечкой.
– Да ну тебя, дурак.
– Ев, ну придумай ты что-нибудь. Я ничего не смыслю в этих бабских именах.
– Я уже голову сломала. Лада – это машина, Алла – тётка из бухгалтерии, Станислава – тараканиха, потому что Стасиками тараканов зовут. Такие имена красивые. Необычные. А ты вечно недоволен.
Слава заходил по комнате.
– А чему тут быть довольным? – в его голосе прозвучало раздражение. – Предлагаешь фигню всякую. У моей дочери должно быть нормальное имя, а не как у…
Ева встала с дивана, выпятив вперёд беременный живот.
– Ну? Договаривай! Как у кого?
– Как у тебя! – заорал Слава, – Сама знаешь, чего спрашивать? Если тебе нормального имени родители не дали, то нечего и над ребёнком измываться.
– А ты моих родителей не трожь! – взвизгнула Ева. – Твои вообще не парились. Славка-козявка, король кузнечиков.
– Ой, ой, ой! Ева-королева! – передразнил её Слава.
– Мам, пап, а чего вы обзываетесь? – послышался из дверей звонкий голосок.
Ева замерла на месте. Вот то, что сейчас происходит, это что, серьёзно? Двое взрослых людей, муж и жена, бросают друг другу детские дразнилки и готовы при этом глаза повыцарапывать противнику? Марьяшино вмешательство заставило её посмотреть на ситуацию со стороны. Это было так смешно, что Ева, только-только набравшая полную грудь воздуха для очередного “страшного” оскорбления, прыснула, чуть не подавившись.
– Славка-козявка, – повторила она, смеясь, и Слава, похоже, тоже моментально растерял свой воинстенный пыл.
– При ребёнке-то не повторяй, – беззлобно проворчал он. – И вообще, я придумаю самое лучшее имя. Вот увидите.
К вечеру следующего дня он вернулся загадочный, будто стал обладателем сокровенной тайны.
– Всё. Я придумал имя, – торжественно провозгласил он.
Две пары одинаковых серо-голубых глаз в ожидании уставились на него.
– Готовы? – Слава гордо приподнял подбородок и изрёк, – Елена.
Ева с Марьяшей переглянулись. “Интересно, он сейчас прикалывается?, – подумала Ева, – Мне сейчас как реагировать?”.
– Да… – наконец, протянула она, – уж придумал, так придумал…
– Чего? – обиделся Слава. – Не нравится что ль?
Ева махнула рукой. С ним явно лучше не спорить. Ну будет девочка пятой Леной в классе и пятнадцатой во дворе, наплевать. Главное, чтобы муж успокоился. Слава иногда был ужасно нудным. В такие моменты Ева его терпеть не могла.
– Нет, что ты. Чудесное имя, – улыбнулась она и взглянула на дочь в поисках поддержки. – Тебе нравится, Марьяш? Твоя сестрёнка будет Леночка.
Марьяна с готовностью кивнула.
– Нравится. У нас в садике три Лены.
Вот кто её за язык тянул? Ева не сдержала ироничной усмешки, но довольный собой Слава ничего, к счастью, не заметил.
Ева собиралась рожать через два месяца. Беременность её проходила тяжелее, чем с Марьяной. Сначала мучил токсикоз, потом давление, появились отёки. Врач из женской консультации изводила её диетой и строгим питьевым режимом и постоянно угрожала положить её на сохранение. Ева послушно следовала всем указаниям, лишь бы только оставаться дома. Теперь она считала дни до окончания положенного срока, чтобы снова стать стройной, сильной, чтобы легко со всем справляться, а не ждать помощи от мужа.