***
Всё-таки здорово, что они решили устроить Ленкин день рождения на даче. Лена позвала соседских ребят, а Ева – Ветку с Никитой.
Никита пришёл, как настоящий кавалер – с цветами. А Ветка прикатила длиннющую коляску с двойняшками. Мама с Мегерой были в восторге. Но больше всех малыши понравились Марьяне. Она каждого подержала на руках, потискала за памперсные попки и вызвалась посмотреть за мальчишками, пока они спят, разрешив Еве и Вете пройтись до ближайшего магазина.
– Фу-у-у, наконец-то одна, – выдохнула Ветка, оказавшись за забором.
– Тяжело тебе с ними?
– Ужасно хочется спать. Всегда. Мне кажется, я могу заснуть даже стоя.
– Они у тебя совершенно разные.
– Угу, – кивнула Ветка, – мозг и желудок.
Двойняшки, и вправду, получились удивительно непохожими друг на друга. Крепкий, круглощёкий Степан был словно и не родственником субтильного, бледненького Ванечки.
– Как Руслан? Доволен?
Ветка пожала плечами.
– Конечно. Но он всегда на работе, а я с ними.
– Здесь мама помогает?
– Да, но тут тоже не сахар. Бабуля в жестокой деменции. Я стараюсь её не касаться вообще, ну и мама больше с ней. Там жесть полная. Никитка – молодец, если честно. Вот кто настоящий помощник. Он их любит.
Ева соскучилась по Ветке. Она не видела её больше года. С тех пор, как та забеременела.
– Вот ребята подрастут, и поедем с тобой за шмотками, как раньше, – попыталась поддержать подругу Ева.
Но та только вздохнула.
– Какие мне шмотки? Я пипец какая жирная.
Ветка, реально, здорово поправилась после родов. Она и раньше отличалась плавными округлостями, но сейчас выглядела по-настоящему толстой.
– Ничего. Похудеешь. Я крем покупала, покажу, если увидим. Очень здорово помогает.
– Я попробую. Знаешь, я на велике каждый день катаюсь.
– Ну и молодец. Всё хорошо будет.
Еве и самой хотелось в это верить. И дело было явно не только в Веткиной фигуре.
Когда они вернулись, близнецы отчаянно вопили, и Марьяна никак не могла их успокоить. Ветка бросилась к ним, как курица-наседка.
– Чего ты не позвонила? А то мы ходим, не спеша, думаем, что всё нормально.
– Да они только что проснулись, – нисколько не смущаясь, ответила Марьяна, и Ева в очередной раз поразилась мудрому и взрослому отношению дочери к маленьким детям. Другая бы уже давно запаниковала, когда два мелких пацана начали бы наперегонки горланить.
Ветка выдала своим парням по бутылочке смеси, и те тут же заткнулись, благодарно зачмокав розовыми губёшками.
– А мы сегодня хотели с Никиткой звёзды посмотреть, – сказала Ветка, поглядывая, как едят её сыновья.
– Это как? – к ним подскочила неугомонная Ленка.
– Падающие звёзды видела?
Ева нахмурилась. На неё повеяло чем-то из далёкого прошлого, из той жизни, о которой она почти забыла. “Видела когда-нибудь, как падают звёзды?” Кто это говорил? Ах, да! Кир! Кир… Она так и не позвонил… Трубач, наверное, умер… Оборвалась ещё одна ниточка, связывающая её с юностью… Только Ветка осталась…
Ленка стояла и восторженно слушала рассказ о созвездиях и метеорных потоках. Она потянула Еву за рукав.
– Ма-а-ам, давай пойдём к ним? Я хочу посмотреть.
– И я, – подхватила Марьяна, которую, казалось, ничего такого отродясь не интересовало.
Всё-таки Ветка прирождённый педагог.
Они договорились встретиться у Ветки в одиннадцать. Малышей уложили спать, огромного кусачего пса Веткиного отца загнали в дом, Никитка наделал бутербродов, чтобы им было не скучно. Они пошли на соседский участок, куда не доставал свет уличных фонарей, расстелили плед на траве и уставились в ночное небо. Когда, вспыхнув огненным хвостом, пролетела первая звезда, все охнули.
– Ух, ё… – вырвалось у Евы, и она прикрыла рот рукой.