– По-вашему, это способно решить?.. – я кивнул на стену, за которой неистовствовала толпа. – Вы переоцениваете мои возможности.
– Решить? Вряд ли. Но предотвратить, если действовать превентивно, с упреждением – да, – он усмехнулся и снова поднял голову. – В Коране сказано: в судный день чернила перевесят порох.
– Аркадий, вы всё наверх поглядываете. Снайперов опасаетесь?
– Нет, другого. И да, всё-таки они решились. Воо-он, смотрите.
Я проследил за его взглядом. Высоко-высоко в небе появилась чёрная точка. Она росла в размерах и уже напоминала крест. Он снижался неестественно быстро, словно киношный корабль космических пришельцев, падая плашмя и слегка вращаясь.
Чугунный вой нарастал и уже заполнил весь мир, больно вдавило барабанные перепонки, сердце зашлось.
Парнишка присел на корточки, прижав ладони к ушам.
Размах «Креста» усилился до размеров необъятных. Титанический птеродактиль, замерев на секунду, провалился в междурядье зданий. Затрещали верхушки деревьев, исчезло небо, лишь тусклый металл над головой. Какие же мы букашки…
Внезапно рёв стих, как и людской гомон. Давящая тишина оказалась страшней любого грохота. Или я оглох? А, нет.
– Явление «Креста» народу, – сказал Аркадий. – Простите за каламбур.
– Что это? – мой голос будто взорвал липкую тишину, послышались вопли, раздался женский визг.
– Агония. «Крест» – секретный полицейский резерв. А круче в столице ничего, ведь все преступники изолированы в Би Зед. Идиоты.
От нижней плоскости «Креста» к земле потянулись тонкие щупальца.
– А мы? Что будет с нами, Аркадий?
– Народное гуляние накрылось медным тазом.
Щупальца извиваются по-змеиному, словно выискивая кого-то. Паренёк поплёлся в сторону калитки. Аркадий вскочил и, оттолкнув мальчишку, прильнул к щели. Я тоже подошёл.
О господи… Живые плети обвивают людей – и жертвы возносятся к стальному днищу, исчезая в открытых люках.
Аркадий повернулся ко мне.
– Не бойтесь, там не пьют кровь человеческую.
– Понимаю, вампиры ждут в Большой Зоне. А нам-то что делать?
– Это «Крест», здесь каждый за себя. Можно выйти за ворота, попробовать затеряться в толпе. Только не вздумайте никому помогать, даже не прикасайтесь. Спасти не спасёте, а сами пропадёте
Аркадий снова приник к щели.
– А, чёрт, – он бросился к пацану.
– Скорей, скорее снимай эту хрень, – журналист вцепился в значок.
– Иди на хер, дядя. Я за демократию. А твой «Крест» – страшилка для лохов, я в интернете видал. Голография, видимость одна.
– Слушай сюда, гаврош хренов. Там программа, вот на этот грёбаный цветочек настроена, понимаешь?
Тугой жгут захлестнул мальчишку – он вскрикнул. Тело оторвалось от земли, Аркадий вцепился, пытаясь удержать – но нет! Щупальцы тут же спеленали грудь и живот журналиста; застонав, он умоляюще взглянул мне в глаза. Ухватить его, оторвать? А если и меня?
Не успел. Спаренный трофей взвился единым махом – и пропал в круглой пасти.
Добычливый птеродактиль утянул пустые плети внутрь, огласил округу смертным рёвом и взмыл в небеса, стремительно съёживаясь до креста – крестика – точки.
Я остался в одиночестве. А за забором орут во все глотки:
– Мы вернём наших братьев!
– Мы победим!
Бог ты мой, ведь можно было отстрелить щупальце. Почему, почему я не сообразил раньше?
Глава 2. Вкус крови
Это в математике дважды два четыре. А в жизни последствия предсказуемы не всегда. «Крест» не устрашил, а сплотил участников митинга.
– Мы победим! Мы победим! – слитный вопль толпы.
– Вернём наших братьев!
– Небесная тысяча – герои! Ге-ро-и! Ге-ро-и!
Господи, они же верят всему, словно дети. Пусть кровь, да. Пусть. Но ведь не зря, а ради Большого Завтра. Бессмертие для всех – за это стоит бороться. А победы без крови не бывает. Но кругом враги, путь к счастью надо расчистить.
И тут раздался пещерный рык, перекрывший даже рёв толпы.
– Заебу-у-у!
Все головы повернулись в одну сторону.
Гориллообразное чудище с голым торсом, в одних шортах тащит девчушку в очках, почти ребёнка. Живоглот взвалил её на плечо, ухватив пятернёй под коленку; за его спиной худенькое тельце обвисло.
Монстр грузно топает, передвигая ноги-столбы; на волосатой груди сверкает цепочка… Что там такое? Золотой лотос! Загорелая лапища шарит под юбкой у жертвы, шорты чуть не лопаются от переднего напора.
– Носорог, это же Носорог! Таки отвертелся от Зоны, молодец.