На экране вместо ведущего появился таймер, на котором шел обратный отсчет десяти минут. Так же сбоку экрана горело восемьдесят градусов.
Блин, они даже ночью отдохнуть не дают. Надеюсь это ненадолго. А то я уже не могу сидеть в таких условиях, голова кружится и дышать нечем. Если так будет всю ночь, то мне точно конец. Надо срочно что-то делать.
Я направился в ванную в надежде охладиться горячей водой. Конечно, смешно звучит охлаждаться в такой воде, но выбора другого нет. Тем более, как говорится, клин клином выбивают. Покрутив оба крана, я обнаружил, что воды никакой нет. Сволочи, даже воду отрубили. Пол начал сильно нагреваться. Я побежал на кровать.
В это время в комнате Вики:
— Зрители, понизьте, пожалуйста, градус в комнате. А я вам грудь покажу. Умоляю.
— Вы слышали, господа? Нас хотят унизить и подкупить. Разве вы этого хотите?! — выкрикнул ведущий Эндрю.
Все зрители выкрикнули: нет.
— Так накажем же ее, повысив градус. Пусть знает свое место.
Со всех сторон слышали крики в поддержку ведущего. А некоторые даже кричали: проститутка, гори в аду.
В комнате девушки на экране телевизора уже показывало сто двадцать градусов.
— За что вы там со мной? Пожалуйста, я так больше не буду. Простите. — сказала она, плача и стоя на коленях.
— Ну что, простим ее? — спросил Ведущий.
Все хором ответили: нет.
— Я сделаю все, что вы хотите. Пожалуйста, не надо больше. Прошу.
Но это было уже не остановить. Градус в комнате повышался и повышался.
Из своей комнаты я услышал крики девушки. Она закричала нечеловеческим голосом, как будто ее сжигали на костре заживо. Что там вообще творится в других комнатах? Неужели там всё настолько плохо? Зачем они так мучают человека? Разве так можно. Почему они не хотят это остановить.
Ее мучительный крик продолжался еще пару минут, и затем он резко затих. После таких воплей меня трясло от ужаса. Неужели она мертва? Я надеяться, что ее все-таки отпустили. Но плохие мысли забивали мне полностью голову.
Тем временем в моем телевизоре ведущий сказал:
— Ваше время увеличено на десять минут, а градус будет повышен до девяноста.
После этого начался настоящий ад. Ты лежишь и тебя шпарит жаром. Сердце готово выпрыгнуть из груди. Любые вдохи даются очень тяжело. Тебе хочется сбежать отсюда, но ты не можешь. В этот момент я впервые почувствовал себя беспомощным. От тебя тут ничего не зависит. Ты смотришь на таймер телевизора, но время как будто не идет. Тебе мучает сильная жажда и огромное желание как можно быстрее покинуть эту чертову комнату. А где-то там зрители радуются тому, что тебе плохо. И не понимают, окажись они на твоем месте, им также было весело? Неужели любой человек становится зверем, дай ему только полную свободу и безнаказанность. Разве мы хотим жить в таком мире?
Я не хочу жить в этом дерьмовом мире. Ведь я даже не смог уберечь свою жену. Может все-таки не стоит мучиться и просто покончить с собой. От своих мыслей меня аж самому стало плохо. О чем я вообще думаю! У меня тут сын живой, а я сопли пускаю! Надо собраться. Всем тяжело, но люди как-то сражаются, а я только ною.
Правда в таких условиях было трудно собраться, ведь тебя обжигает горячем воздухом. Всё тело горит и дышать абсолютно нечем. Единственное, о чем сейчас ты думаешь, когда это закончится. Но на таймере, как назло, много времени. Еще и пить очень хочется, а в горле давно уже пересохло. Ударив себя по щекам, я решил спрятаться под одеялом. Так хоть горячий воздух не обжигает тело и лицо. Но под ним невозможно дышать. Блин, теперь очень хочется убрать одеяло. В конечном итоге я решил продолжить находиться под ним.
За время, проведенное под одеялом, я думал только о своей семье. И о том, как нам хорошо было вместе. Правда, пока я лежал, мне добавили еще пару раз по пять минут. Но даже так, оставшееся время пролетело незаметно.
Вдруг телевизор заговорил:
— Поздравляю тебя, участник! Ты успешно выдержал испытание. В качестве награды можешь сходить в столовую попить воды. Думаю, тебе сейчас это не помешает. И пусть удача не покидает тебя. Пока.
Еле встав с кровати, шатаясь из стороны в сторону, я вылетел из комнаты пулей. Ведь пол был очень горячий. Выбежав, я упал без сил. Как же хорошо в коридоре, прям прохлада. Вдохнув полной грудью, я ощутил блаженство. Но очень хочется пить, поэтому надо идти. Упершись об стену, я приложил максимум усилий, чтобы встать. Все тело тряслось, а сердце как бешеное колотилось. Медленным шагом, держась за стену, я направился в столовую.