— Встань на колени. Здесь, передо мной.
В этот раз она, почти не думая, сделала то, что я сказал, чем порадовала меня. Я отдал ей еду, наблюдая, как она аппетитно уплетает ее. Пока она ела, я рассматривал ее тело, такое красивое, исполосованное мной, отмеченное моей работой. На руках и ноге проглядывались легкие полосы вчерашней сессии. Как жаль, что они скоро сойдут. Но ничего, я поставлю новые. Когда она расправилась с гамбургером и картошкой, я наклонился к ней, ехидно проговорив:
— Что нужно сказать, Мышонок?
Она подняла свои большие глаза, словно стесняясь говорить. Губы подрагивали в неуверенности.
— Спасибо.
— Спасибо, кто?
Я знал, что она понимает, видел это в ее глазах, видел борьбу, развивающуюся внутри нее. Борьбу между гордостью и здравым смыслом.
— Спасибо, мой Господин? — чуть тише проговорила.
— Не Господин! Хозяин! Запомни это и впредь всегда так благодари.
«Господином для тебя станет другой», — вновь мысль пронеслась в голове.
— Снимай с себя это платье. Я хочу, чтобы каждый раз, когда я приходил, ты была голая.
Она что-то попыталась сказать, но, видимо, передумала, увидев пристальный взгляд. Неуверенными движениями она стащила его через ноги, опуская платье на пол.
— Повернись, я хочу рассмотреть твои ссадины.
Я развернул ее, уложив поперек своих ног, опуская голову к полу. Выпуклая попа с исполосованными царапинами открылась моему взору. Я осторожно погладил, просматривая каждый синячок, очерчивая его легкими движениями. Ее тело напряглось в ожидании боли, но я старался не причинять ее. Кровь вновь забурлила во мне, словно котлован кратера бурлил и кипел. Между ягодицами проглядывались маленькие розовые губки, заманивая мой взгляд. В штанах начало нарастать напряжение, приподнимая материю. Пальцем я дотронулся до манящей киски. Мокрая! Это приятно удивило. Ее саму заводит все то, что мы сейчас делаем. Член дернулся от этой мысли. Захотелось сорвать штаны и насадить эту пышную попку на себя. Я пытался прогнать эти мысли. Нет, никакой связи не должно быть. Я обвел пальцем влажную дырочку, размазывая ее влажность, а затем приподнял его выше, поглаживая дорожку к тугому узелку между ее булочек. Ее тело вмиг отреагировало напряжением.
— Расслабься, я уже устаю говорить это.
— Что ты собираешься делать?
— Ничего ужасного я не сделаю. Расслабься. — Я легонько шлепнул ее по самому краешку ягодицы. Где не было синяков.
Она ойкнула, продолжая сжиматься. Пальцем я скользнул обратно к мягкой дырочке ее вагины и резким толчком ввел его внутрь, быстро двигая им.
— Ты помнишь, что я говорил про твое тело? Мы будем пробовать все, в том числе развлечения с твоей попкой. — Она приподняла голову, убирая волосы с лица, сверля меня глазами. — Либо мы это делаем медленно, прислушиваясь к твоим ощущениям, либо грубо и быстро. И поверь, и я знаю тысячу способов, как это сделать.
Она тяжело выдохнула, лицо вновь покраснело, тело напряглось еще больше.
— Ты пробовала анальный секс?
При этом вопросе она скрыла лицо в волосах, опустила голову и тихо промямлила:
— Нет.
— Это будет интересно. — Довольная улыбка растянулась на моем лице. Мне нравилось ее пробовать, нравилось, что именно я ставлю метку первенства на ее теле.
Помассировав ее изнутри, я вытащил влажный палец и вновь притронулся к узелку чуть выше, приглаживая его, создавая круговые движения и медленно надавливая. Понемногу она расслаблялась, а вместе с этим впуская меня. Палец понемногу проникал глубже и глубже. Вытащив, я вновь смазал его и в этот раз ввел два пальца в обе дырочки. Ее киска истекала соками ужа сама, смазывая все вокруг. Понемногу привыкнув, ее тело впускало меня намного приветливее. Я старался расширять ее медленно, не причиняя сильной боли, медленно растягивая ее. Когда она привыкла к пальцам и даже стала немного постанывать, я вынул его и попробовал проникнуть сразу двумя, при этом, раздвинув ее ноги, я погладил другой рукой ее мягкий бугорок, сосредоточение приятных нервов. Большим пальцем я проник в свободную дырочку, продолжая толкаться двумя другими в ее тугую попку.