О, как же сладко она застонала у меня на руках! С каждым пройденным сантиметром она громко выдыхала и так же жадно втягивала воздух. Ее тело полностью расслабилось и теперь полностью поддавалось. Мне нравилась реакция ее тела, а ей нравилось то, что делаю я. Вогнав пальцы до упора, я медленно набирал обороты, двигая ими при каждом толчке, стараясь проникать как можно глубже. Большой палец так же таранил ее изнутри, поглаживая стенки, извиваясь. Двигаясь еще быстрее, я слышал, как она почти кричит у меня на руках, и это были крики удовольствия. Член стоял колом. Каждое ее извивание и вздрагивание отражалось на нем. Казалось, будто я сейчас кончу вместе с ней.
И вот долгожданный громкий крик разнесся по комнате, а мягкое тело забилось в конвульсии, насаживаясь максимально на мои пальцы. О, этот сладкий крик. Хочу слушать его часами, упиваться ее наслаждением.
Ее тело обмякло после острого напряжения, а я не хотел покидать ее, такую мокрую, такую теплую. И лишь когда она захныкала, я убрал руки, приподнимая ее тело и усаживая на колени. Ее лицо выражало блаженство, щеки раскраснелись, губы растянулись в довольной улыбке, а глаза смотрели на меня, словно пьяные. Какая же она красивая!
Неожиданно для меня она положила голову на плечо, уткнувшись носом в шею, вторая рука легла мне на плечо, почти обнимая, а нежный дурманящий голос прошептал:
— Спасибо, Хозяин, мне было очень хорошо.
Я вновь улыбнулся. Молодец, усвоила урок.
Член продолжал зудеть, чувствуя под собой давление ее тела. Я нуждался в разрядке, нуждался в освобождении. Погладив ее лицо, я заставил посмотреть в глаза.
— Встань на колени и поблагодари своего Хозяина по-иному.
Маска на ее лице сменилась в доли секунды. Лицо исказилось, приподнимая брови, глаза округлились еще больше, губы растянулись в тонкую полоску. И вновь сопротивление, и вновь она борется со своими чувствами.
— Перестань сопротивляться и приступай. — Я осторожно оттолкнул ее от себя, помогая опуститься на пол. Она покорно села передо мной, продолжая смотреть мне в глаза. И снова ее глаза наливаются слезами, и снова это выражение страха, которое вызывало лишь раздражение. Я наклонился к ее лицу, ухватив двумя пальцами за подбородок, пригвоздив ее взгляд своим.
— Что тебя так смущает? Ты должна это делать без какого-либо сопротивления, благодарить своего Хозяина. Ведь в этом нет ничего такого. Или мы вновь возвращаемся к началу?
Она продолжала молчать, опуская взгляд вниз. Я откинулся на стуле в ожидании ее действий. Я хотел, чтобы она сделала все сама. И вот, наконец, тонкие пальцы потянулись к пряжке ремня, расстегивая ее, а затем и пуговицу. Волна мурашек прошла по телу, когда она дотронулась до члена, выталкивая его на волю. Хотелось схватить ее за волосы, чтобы побыстрее взяла его в рот, но я не стал ее торопить.
— Ну же, покажи, какой сладкой ты можешь быть.
Ее глаза немного смягчились и, приблизившись, она медленно обвела головку языком, размазывая слюну по ней. Затем ее губы сомкнулись, медленно заглатывая его, погружая все глубже и глубже. Казалось, это лучший минет, как будто ее рот чем-то отличался от других ртов. Такой мокрый, такой мягкий, такой горячий. Хоть она и неопытно это делала, и член едва погружался наполовину в ее ротик, я еле сдерживался.
— Обхвати его рукой у основания, — приказал я, и она незамедлительно выполнила.
Я медленно сходил с ума от удовольствия, как она двигает рукой и одновременно толкает его в рот, облизывая и посасывая. Бесконтрольно вырывались тихие стоны и рычание. Так хорошо мне еще не было. Я еле сдерживался, чтобы не схватить ее за волосы и двигаться в ней еще быстрее. И лишь представив эту картинку, пришла долгожданная разрядка. Струя удовольствия залила ее рот. От неожиданности она остановилась, дав мне возможность излиться до последней капли, а затем она осторожно облизала головку, вытаскивая ее изо рта.
Все случилось гораздо быстрее, чем хотелось. Хотелось продлить удовольствие, но я, словно подросток, не удержался, рано расслабился, перевозбудился. Такого давно со мной не происходило. Пора брать себя в руки.
Она продолжала сверлить пол своим взглядом, стесняясь поднять его. Я вновь наклонился к ней, приподнимая ее лицо:
— Ты потрясающая, Мышонок. Но я еще не закончил с тобой. Это лишь начало. Я хочу загладить свою вину, и эту ночь я собираюсь провести с тобой.