Глава 12. Игра
И вновь мое пробуждение начинается после того, как загорается яркий свет в моей камере. Приняв покорную позу у двери, я сижу в ожидании своего чудовища. Не знаю, сколько дней прошло после того ужасного наказания, но вновь возвращаться к этим ужасам я больше не хочу. У меня было достаточно времени обдумать все сказанное им, и я приняла для себя лишь одно правильное решение — чтобы облегчить свое существование, я буду делать так, как хочет он. Пока я нахожусь с ним, я больше не буду его провоцировать. Он говорил про какую-то поездку, значит, есть маленький шанс сбежать и спастись от него, а пока буду играть по его правилам. Дверь приоткрылась, и тяжелой поступью в комнату вошел он.
— Здравствуй, Мышонок. — Обойдя меня со спины, он положил руку на плечо и приподнял мои волосы. Я почувствовала, как что-то холодное коснулось моей шеи, а затем стянуло ее. Слабый щелчок, и на ней сомкнулся тонкий жгут. Прикоснувшись к своему новому аксессуару, я нащупала маленькое колечко, висевшее спереди. Он вновь обошел меня и встал совсем рядом. В руках он держал тонкую цепь. Вновь знакомый страх начал разгоняться по венам. Я не понимала, чего следует ожидать, но выбора у меня нет. Молча приподняв мой подбородок, он продел цепь в то самое колечко. Опустив глаза, я ожидала продолжения. Теперь меня и моего мучителя соединяла цепь. Потянув за нее, он сделал шаг вперед, посмотрев на меня полуобернувшись. Я уже научилась понимать своего Хозяина без слов. Не поднимаясь с колен, я поползла вслед за ним. Ощущение, будто я животное, следующее за своим пастухом. Но мною уже давно была утеряна моя гордость. Я готова была на все, лишь бы он меня не мучил болью. Подойдя к столу, он пристегнул другой конец цепи к торчащему из пола кольцу, а сам направился к выходу.
Все, что мне оставалось — ждать своего Хозяина, как верный пес. И снова унизительное кормление с руки, и снова я делаю все без сопротивления. Он сломал меня. Он добился всего, чего хотел. Я стала безвольной игрушкой в его руках, его личной куклой. И лишь когда выключался свет, и он приходил ко мне в темноте, он изредка позволял разговаривать с ним. Но сейчас он хотел от меня подчинения.
Закончив с едой, он отстегнул цепь от пола и медленно начал наматывать ее на свое запястье. Как только моя голова сравнялась с его грудью, он схватил меня за шею. Схватил почти нежно, без грубости и боли. Он продолжал приподнимать меня выше и выше, пока я не встала почти на носочки. Его лицо в маске приблизилось к моему максимально близко. Несколько минут мы стояли, смотря друг другу в глаза. Его взгляд буквально пронизывал меня. Он словно пытался пробраться глубоко в душу, прочитать то, что еще не прочитано, познать мои самые потайные мысли. А затем он сделал то, чего я ожидала от него меньше всего. Приблизившись ко мне максимально близко, он прижал меня к себе, а затем прижался губами к моим, имитируя поцелуй. Хотя наши губы и разделяла черная маска — это точно был поцелуй. Несколько секунд я ощущала жар его губ, а затем он резким разворотом наклонил меня и упер лицом и телом в стол. Легкий шлепок обжег мои ягодицы, вырвав изо рта чуть слышный стон.
— Давай, Мышонок, чуть громче! — почти рыком проговорил он, и второй шлепок обжег мою кожу. Каждый удар становился чуть сильнее прежнего. Интервал между шлепками укорачивался, а мои стоны становились громче. Еще несколько ударов и теперь его рука блуждает между моих ног. Уверенно, напористо.
— Да ты уже готова, Мышонок, — почти у уха пронеслись его слова. И снова он спускает цепь и дергает ее. Приподняв со стола, он вновь опускает меня на колени, а затем и вовсе садится сам напротив меня.
— Опустись полностью на пол, рядом с моей рукой.
Сделав, как он хочет, я сперва не поняла, зачем это, пока цепь не защелкнулась на кольце в полу. Только на этот раз без возможности поднять голову. А затем, вновь шлепнув меня по попе, он приказал приподнять ее. Стиснув зубы, мне пришлось в очередной раз сделать так, как хочет он. Открывшись полностью перед ним, я продолжала лежать и смотреть в одну точку. Мой мучитель обошел меня со всех сторон, а затем, взяв стул, он сел позади меня, любуясь моим оголенным телом. За время, проведенное с ним, я уже научилась отключать свои эмоции, я перестала стыдиться своей наготы, перестала сопротивляться его действиям. Я лежала там, на полу, прижатая грудью к полу, а он сидел и смотрел на меня. Смотрел долго, беззвучно. Я буквально ощущала кожей его острый, холодный взгляд на себе. Хотелось бы хоть на минуточку понять, о чем думает этот человек, что творится в его голове. Шли минуты, а все он продолжал тихо сидеть. Спина начинала затекать от неудобной позы, и снова мучительно долго тянется время. Колени начинали медленно ныть от неприятного соприкосновения с неровным полом. Невольно я начала двигать пальцами на руках, выскребывая себе свободу. С каждой минутой эта поза вызывала все больший дискомфорт. А когда я достигла пика, невольно, чуть еле слышно, стон боли вырвался на свободу, нарушая страшную тишину в комнате.