В этой части комнаты творили волшебство, в этой части комнаты доставлялось максимальное удовольствие не только участникам, но и публике. У каждого такого предмета мебели толпились люди, любуясь маленьким шоу — представлением, устроенным желающими. Чем дольше мы находились в этой комнате, тем больше она мне нравилась, такие места меня всегда будоражили. Моя запуганная спутница тихо подрагивала от всего происходящего. Несмотря на то, что глаза ее устремлены в пол, я прекрасно знал, что она все видит, слышит и понимает. Но я хочу добиться иного эффекта, расслабить ее, рассеять страх, разбудить в ней интерес, желание.
— Ты можешь поднять глаза, в этой комнате я разрешаю смотреть, куда тебе захочется, — шепнул ей на ухо. Не с первого раза она позволила себе поднять взгляд и оглядеться. Я знал, что многое ее шокирует. Пусть! Я хочу, чтобы она пропустила через себя все эмоции, почувствовала на вкус боль в удовольствии, узнала ближе тот мир, в котором ей предстоит жить дальше. — Здесь я разрешаю смотреть, задавать вопросы, говорить о своих желаниях. Но только здесь и только сегодня! — Невольно касаюсь рукой ее щеки, провожу пальцами по коже. Она отступила, отвернув лицо. Ничего, она злится, это временно. — Что такое, Мышонок? Тебе перестали нравиться мои ласки? Или, быть может, тебе хочется чего-то другого? — смотрю настойчиво ей в глаза, не давая ни шанса отвести от меня взгляд.
— Я… нет... просто… Можно осмотреться? — Она почти заикалась. Страх не отпускал ее, слова застревали во рту, не позволяя вымолвить хоть что-то осмысленное.
— Ну, вперед! — Отойдя в сторону, я дал ей возможность пройти первой. В зале было достаточно народа и достаточно темно, чтобы можно было затеряться в толпе. Каждый из присутствующих был занят своими делами, никто не проявлял особого внимания нашим фигурам, что мне и было нужно. Она направилась к небольшой толпе, изъявив желание узнать причину такого столпотворения, но она не ожидала увидеть то, что увидела. Сделав шаг назад, ее хрупкое тело влетело в меня, прижавшись в панике спиной. Обхватив рукой ее тонкое тело, плечо и грудь, я шепнул: — Не забывай, все в этом зале происходит добровольно!
— Что это? Что происходит? Я… Я не понимаю… Добровольно?
— Все, что происходит в этой комнате, все происходит по согласию! Никакого принуждения. Посмотри на его лицо? Разве ты не видишь, как ему хорошо? — Перед нами находилось кресло, к которому был пристегнут парень. Его руки, ноги и шею сковывали железные крепления. Оголенное тело выставляло все напоказ. Рядом стояла женщина, намного старше самого парня. Черный латекс покрывал большую часть ее тела. Женщина опытно держала в одной руке стоящий колом член парня. Быстрыми движениями она доводила его к самому пику удовольствия, а затем останавливалась в самый неподходящий момент. Парень извивался, постанывал и умолял подарить долгожданную разрядку, но она даже и не думала дать ему это. Резким хлопком она остудила пыл парня, наградив его шлепком по его и так красному члену. Парень дернул тазом, а затем получил еще пару порций хлопков.
— Тише, тише, — успокаивала его женщина, нежно вновь приглаживая его естество. — Будь хорошим мальчиком, и я позволю тебе кончить. — Ее рука вновь набирала темп, отправляя парня к самому пику блаженства, а затем белая жидкость струей полилась из его органа, окропляя все вокруг, в том числе и руки женщины. Гортанный стон разнесся по залу, а затем сменился на визжащий после того, как женщина принялась вновь лупить парня по его раскрасневшемуся органу. — Как ты посмел меня заляпать?! Ты, мерзкий выродок! Я отшлепаю тебя так, что будешь помнить до следующего раза!