— Я и так позволила себе это сделать, — обиженно пояснила Дана.
— А если пересказывать, то это уже сказка про тысячу и одну ночь, — сделала неутешительный вывод девушка. — Благодарю тебя за работу. Но дальнейшее не понадобится.
— Наконец-то уяснила, сколь глупо верить, что без тебя чего-то не предусмотрели?
Ехидная интонация Дайны оказала благотворное влияние и на этот раз.
Ал’Берит отошёл немного в сторону от основной свиты и позволил себе облокотиться на перила крошечного балкончика. Кхал Кхоттаж тенью проследовал за ним. Рохжа крайне неуютно чувствовал себя, ведь остальные Высшие не дозволяли низшим кланам присутствовать во время таких процессий. Наместнику эта неловкость лишь доставляла удовольствие.
Кислота, выделяющаяся из желёз в основании пальцев и покрывающая те до кончиков острых, словно бритва, когтей заставляла поверхность камня, на котором возлежали руки Ал’Берита, слегка шипеть. Демон не обратил на это никакого внимания. Столицу хранили достаточно мощные заклинания, чтобы последствия не были необратимыми. Величайший город Ада восстанавливал сам себя. Ещё бы! Столько демонов в одном месте. Если бы не самостоятельная регенерация, то от него давно не осталось бы камня на камне! Поэтому и взгляд Хранителя летописей не задержался на перилах, а устремился дальше.
С высоты балкона открывался непревзойдённый вид на необъятную главную площадь подземного города, сплошь покрытую прямоугольниками легионов. Демонические войска стояли там в полной готовности. Они лишь ждали сигнала. И до последнего оставалось совсем немного. Одно слово и целому миру должно было вновь встать на колени перед могуществом превосходящих сил. Грандиозность замысла и величие момента завораживали.
Ал’Берит слегка повернул голову в сторону, расположенной на том же уровне, что и балкон, площадки, где собралась остальная свита во главе с самим Князем Светоносным. Архитектура скрывала от его взгляда основные события, но ему это и не требовалось. Достаточно было и отражения в жаждущих расправы и крови глазах легионеров. Затем он, как если бы событие, ради которого виконт и посетил столицу, перестало занимать, повернулся к площади спиной и обратился к стоявшему неподалёку демону задумчивым голосом:
— Знаешь, Кхоттаж, в последнее время перед моим взором достаточно часто возникает образ моего второго заместителя. Господина и барона Аворфиса, — титул и имя наместник произнёс с некоторой холодной насмешкой. — Причём почти всегда в сопровождении своей супруги… Яркое подтверждение тому, что и демонам доводится впускать в себя то чувство трепета к другому существу, желания обладания и заботы, что люди называют коротким словом «любовь». Вот только в отличие от человечества большинство из нас прекрасно может справиться с биохимией своих тел, чтобы не допустить возможного губительного влияния этой эмоции.
— Истинно так, мой повелитель, — бесстрастно согласился Кхал Рохжа.
— А скажи-ка мне, Кхоттаж, позволял ли ты испытывать себе нечто подобное? — вкрадчиво поинтересовался Ал’Берит, смотря свысока на подчинённого. Он был всего на пару сантиметров выше того, но это не мешало его ярким лиловым глазам словно пронзать вынужденного собеседника насквозь.
— Для моего клана подобный вопрос не столь актуален. Если ты ценишь женщину, то никогда с ней не будешь, мой повелитель, — ответил серокожий демон, намекая на то, что готовые к рождению дети клана Рохжа вынуждены были поедать внутренности матери, прежде чем выбраться из её чрева. Таким уж являлся единственный способ получить жизнеспособное потомство.
Наместник, казалось, задумался, но затем его взор вновь вернулся к площади. Своевременно. Согласно сигналу пламя массовой телепортации взмыло ввысь почти касаясь края балкона.
Вот оно. Начало и конец. Или наоборот? Конец и начало. И сколько ещё раз замыкался бы этот круг?
— Решительно не понимаю, к чему стоило делать из этого такую тайну! — без приветствия начал свою возмущённую речь герцог, вставая около виконта. Задуманное свершилось. Князь покинул свою свиту, и предоставленные самим себе Высшие демоны спешили воспользоваться обретённой свободой. — Это только лишило меня удовольствия наблюдать за всем с самого начала.
— В неизвестности есть своё неповторимое очарование, — прежде чем выйти из своего состояния задумчивости ответил Ал’Берит, с ходу понимая, о чём шла речь. Дзэпар позволил не утруждать себя избавляться от запаха человека, дабы сократить вступительные речи.