— Мамочка, мамочка, мы строили город, представляешь? Мы построили город и будем в нем жить! Представляешь?
— Ты посмотри, на кого ты похожа! — говорит Лена. — Нет, ну ты только посмотри!
— Мы строили…
— Что вы строили?
— Город, мамочка! С улицами, с площадями! Настоящий город!
— Теперь тебя надо купать. Бери мыло, пошли. Домой пора.
Лена и Оленька идут к воде. Со стороны быка по косе подходят Дрын и Лелик.
— Мы там были, — говорит Лелик, — нельзя прыгать. Обмелела река.
— Да, мы проверили. — Дрын садится на песок. — Нельзя прыгать.
— С какой стороны смотрели? — спрашивает Володя.
— Со стороны моста.
— Здравствуйте! Он прыгает в обратную сторону! В том-то и дело! Рыжий, который голову пробил, прыгал на ящик пива в сторону моста, а Филипыч прыгает сюда, к нам! В нашу сторону.
— Да? — смотрит на бык Лелик. — Все равно, там одни камни торчат. Там до воды лететь и лететь. Разбегаться надо. А где там на быке разбежишься?
— Так в том-то и дело, что этот прыгает в обратную сторону! — повторяет Володя, глядя на бык. — Пойду у него спрошу. Филипыч!
Володя идет к воде.
— Связываться неохота… — подбрасывая в руке камень, говорит Дрын. — Он лямзнется — потом отвечай.
— Перед кем? — спрашивает, не поднимая головы, Тимур.
— Что?
— Перед кем ты собираешься отвечать? — повторяет Тимур.
Дрын отворачивается. Замолкает.
— Найдут перед кем, — резко отвечает Тимуру Лелик. — Скажут, заставили. Рыжий нормальный был, он за себя отвечал, за пачку сигарет прыгал.
— Ясно — нормальный был! — говорит Дрын, отвернувшись и подбрасывая камень. — Тот отвечал за себя! А за этого точно… Могут припаять.
— Припаять не припаять, — тихо говорит Лелик. — Да жалко его, и все! Нет, не надо ему прыгать, — говорит через минуту Лелик. — Вы как хотите, я его с собой цепляю и кручу педали. Домой.
Тимур лежит без движений. Лелик смотрит на то, как Володя уговаривает Филипыча. Дрын смотрит на Лелика.
— Ну че ты, Дрын, уставился на меня? Давай одевайся. Сматываемся.
— Подожди… Может, ничего не будет.
— Ну как же! Если Вова захотел — он мертвого заставит! Смотри!
Филипыч трясет головой, берет бутылку водки, смотрит на солнце, скалится, пританцовывая. Володя забирает водку у него из рук, показывая на бык. Филипыч хохочет, прыгает, подражая спортивной разминке, еще раз берет в руки водку, целует ее. После этого ставит около своей одежды, поворачивается в сторону ребят, грозит, чтобы не украли.
— Да нужна она нам! — тихо говорит Лелик. — Поехали, Дрын. Я тебе говорю, дубина.
Филипыч уходит в сторону быка, оглядываясь и поднимая в воздух руки.
— Ну вот и все! — говорит, подходя, Володя. — Вот и все пироги.
— Договорился? — поднимается с песка Тимур. — Пошел?
— Конечно, пошел, а чего ему?
— Да, — говорит Лелик, — чего ему! Он и на лед может прыгнуть, не только в воду! Дрын, ты как хочешь, а я кручу педали!
— Ну езжай, езжай! — резко поворачивается к нему Володя. — Че ты расхныкался — езжай!
— Ты не ори на меня! Понял? Не надо меня глоткой брать! Ты лучше бы сначала сходил посмотрел, где вода! Лучше бы туда сходил, чем в лес!
— Что? — Володя идет на Лелика.
— Ничего! Проехали! — отскакивает в сторону тот. — В прошлый раз вон где вода стояла, и то Рыжий голову проломил! Искали его вон сколько, чуть откачали! Ты не видел, да?! А я видел!
— Ладно, ладно, петухи! — разнимает Тимур. — Может, действительно не надо, Володя?
— Да что я, не знаю, что ли? — кипятился тот. — Он как кошка! Он зимой без пальто ходит! В сорокаградусный мороз в штиблетах на босу ногу! Все! Пусть прыгает! Я отвечаю, понял?!
— Понял! — кричит Лелик. — Только я в этом не участвую! Мне, может, его жалко! Просто жалко, ясно! Филипыч! Филипыч! — вдруг кричит он и бежит в сторону быка.
— Стой, убью! — бросается за ним Володя, догоняет, сбивает с ног. Прижимает к песку, держит.
— Филипыч! Не прыгай, не пры…
Володя вдавливает Лелика лицом в песок.
— Молчи, тварь, урою!
Филипыч не слышит. Он входит в воду и плывет, пересекая по диагонали течение, выгребая к быку.
— Отпусти, — подходит Тимур. — Все равно он уже не повернет.
Володя отпускает. Тимур смотрит на Лелика. Тот, не вставая, прищурившись, смотрит ему в глаза снизу вверх.
— Ненавижу вас! — говорит он. — Всю вашу породу ненавижу! И тебя ненавижу, понял? Приехал сюда — концерт для него устраивают!