Дебют: белые начинают и..?
Свет падал в старый ангар через большой стеклянный "фонарь" в крыше. Его не хватало, так как небо по обыкновению было затянуто серыми и низкими тучами. Но тем, кто находился в ангаре, его хватало.
Их было шестеро, если считать за шестого громадную тушу из мышц, прочнейших костей, густой шубы и жира, мирно посапывающую прямо на полу. Гипер-урсус, бывший когда-то одним из любимцев смотрителя зооцирка Кира, тихо и мирно спал, ну, либо делал вид, что спал. Хотя тот, кого он так настырно любил, охранял и защищал, мог сам позаботиться и о себе и о своём четырёхлапом друге. Сейчас глубокие водовороты существа, которое выглядело как маленький мальчик в джинсовом костюмчике, внимательно рассматривали тех, кто стоял полукругом напротив него.
Высокий мужчина в тёмном рабочем костюме, высоких ботинках со шнуровкой, коротко стриженный. С мальчиком их объединяли глаза, такие же, как и у него – чёрные полностью, без белка и зрачков. Танат, тот, кто был в Радостном и ангелом смерти для тех, кто должен был умереть, но не мог. И ангелом-спасителем для тех, кто должен был жить.
Молодая женщина, гибкая, мускулистая, в обтягивающем костюме из странноватой, металлизированной ткани. Безрукавка открывала сильные руки, перевитые идеальными мускулами, перекатывающимися под тонкой кожей. Ладони, спрятанные в перчатках с обрезанными пальцами, не могли скрыть длинные и острые когти, утопленные в пальцы. Рыжие волосы были собраны в тугую косу, но отдельные пряди свободно падали вниз, вьясь вокруг тонкого и красивого лица, с неуловимыми кошачьими чертами. Кэт, женщина-бэньши, кошмар рейдеров и всех тех, кто проникал в Район через Черту. Та, которую мало кто видел, потому что появление её говорило только о том, что твоё время уходить в Вальгаллу уже настало.
Ещё один представитель сильного пола, стоящий гордо и непринуждённо, перенеся весь вес на правую ногу. Сильные мышцы скрывались за голенищами высоких сапог, штормовкой и брюками из плотного брезента защитного цвета. Разгрузочный жилет с карманами под обоймы, карабин СКС на плече, рюкзак на полу, старый, потрёпанный. Гладко выбритое холодное лицо с жёстким и хищным взглядом, волевой подбородок и нос римского центуриона. И шрамы, большой и несколько маленьких, которые не портили этого волевого человека. Скорее – делали его ещё более опасным на вид. Егерь, тот, кто постоянно бродил по Радостному и окрестностям, помогая многим и выручая тех, кому была нужна помощь.
Постоянная спутница Егеря, девушка, которая почему-то назвала себя Марьенн, тоже стояла здесь. Годы шли, и менялись новые джинсы и куртки, но так и оставался – камуфлированный верх и голубой низ, переходящий в высокие кеды на толстой подошве. И ни грамма взросления в юном лице лёгкого восточного рисунка, такие же густые длинные и тёмные волосы, такой же задумчивый взгляд каре-зелёных глаз.
Те, кого в Районе называли легендами и не считали не людьми, не Изменёнными. Они стояли здесь перед тем, кто всегда был везде, оставаясь в тени. Терпеливо стояли и ждали, когда мальчик, одним движением брови катающий кучу больших и тяжёлых шаров по полу, начнёт говорить.
Он молчал, наблюдая и за ними, и за шарами, которые медленно крутились перед ним в странной и завораживающей кадрили, изредка поднимаясь по одному на уровень маленького и очень серьёзного лица. Тем, кто стоял вокруг, не было видно то, что в них, но если смотреть на то, как иногда напрягаются маленькие желваки под совсем по-детски бархатной кожей и хмурятся светлые брови под золотистыми кудряшками на высоком лбу, то многое прояснялось. И каждый понимал, что здесь и сейчас все они собрались не зря. Здесь, в городе, когда-то полном жизни и сейчас наполненным лишь подобием её, они были теми, кто нёс смерть. И раз он позвал их, да так, что нельзя было и подумать о том, чтобы не прийти, то, значит, впереди будет очень много смертей.
– Вы все здесь не случайно… – Мальчик прекратил смотреть в шары, немедленно собравшиеся в общую большую кучу и успокоившиеся. – Понимаете это?
Тонкий детский голосок, так странно звучавший в этом месте, не терялся и не пропадал в большом и пустом пространстве.
– Понимаете, иначе я бы ошибался, и вас здесь не было. – Он ещё раз обвёл их антрацитом взгляда. – Игра принимает новый оборот, и на доску выводятся новые и старые фигуры. Каждый из вас должен понимать это и действовать так, как считает нужным. Вы все знаете, что каждый волен в своём выборе и в том, что совершить. Как ваши действия скажутся на общем результате, будет ясно лишь в самом конце. И какой он… сейчас невозможно сказать. Многое зависит от каждого и от каждой, помните это.