Решив не задерживаться в эпицентре предсходочной лихорадки, Ан Ви двинулся дальше, сворачивая вглубь района, в его жилые кварталы. Он шел часами, и его браслет-регистратор едва успевал фиксировать наблюдения. Район «Земля» представал перед ним калейдоскопом из сотен маленьких мирков.
Вот он прошел через шумный, яркий базар, где пахло специями и морем. Там, за прилавками, стояли смуглые, горячие пацаны с Южного квартала. Али с восточного базара, мастерски торговавший коврами и историями. Рядом с ним Хасан, у которого всегда был припасен крепкий чай и твердая позиция по любому вопросу. Чуть поодаль, у лотка с оливками, Юсуф и Мухаммед что-то горячо, но беззлобно обсуждали, попутно раскладывая товар с ювелирной точностью.
Дальше — квартал с аккуратными, но наскучившими виду домиками. Здесь царил педантичный порядок. Ан Ви заметил Германа, который с помощью рулетки и уровня проверял, ровно ли лежит бордюрный камень. Его сосед Жан в это время расставлял столики перед кафе с таким артистизмом, будто готовил сцену для спектакля. Рядом, на скамейке, Марио и Лука с азартом спорили о футболе, их эмоции выплескивались через край, но явно были частью вековой дружеской традиции. Чувствовалась старая, иногда натянутая, но прочная связь — Европейская братва.
Ан Ви свернул на широкий, пахнущий бензином и свежей краской проспект. Здесь все было больше, громче, новее. Навстречу ему на огромном, блестящем внедорожнике медленно проехал Сэм. Он был в солнцезащитных очках, улыбался во всю ширину лица и что-то говорил по телефону, размахивая свободной рукой. Рядом с ним на пассажирском сиденье сидел Уильям в строгом пальто, с зонтиком-тростью и скептическим выражением лица, будто подсчитывал проценты от каждой произнесенной Сэмом фразы.
Улицы сменялись бесконечными строящимися кварталами, где тысячи рабочих в одинаковых касках трудились с нечеловеческой самоотдачей. Ан Ви сразу узнал Чжана — тот стоял на импровизированном постаменте из ящиков и молча, но властно наблюдал за процессом, сверяясь с гигантским свитком чертежей. Энергия созидания здесь била ключом.
На окраинах района Ан Ви натыкался на настоящие джунгли — буйные, полные жизни и опасностей. Здесь жили Зик и Мукула, сильные и ловкие пацаны, чьи дворы были завалены диковинными плодами и редкими ресурсами. Их сосед Тано жил на самом берегу большого океана, и его жизнь была неразрывно связана с водой.
И повсюду, абсолютно повсюду, были пацаны. Карлос с гитарой, наигрывающий задумчивые мелодии. Диего, учивший всех танцевать зажигательные танцы. Суровые, молчаливые Нильс и Свен с холодного Севера. Невероятно гостеприимный Ахмет и мудрый, вечно нейтральный Альберт. Ан Ви видел Юки и Чан Хи, которые, не говоря ни слова, соревновались в том, чей сад в палисаднике идеальнее. Он слышал звонкий смех Педро и видел сосредоточенное лицо Ларса, чинившего свой лодочный мотор.
Их было действительно 193. Каждый со своей историей, написанной на лице. Каждый со своим двором, который он считал центром района. Одни стремились к новому, другие свято хранили старое. Они ссорились из-за заборов, торговались у ларьков, вместе играли в футбол на пустыре и снова ссорились из-за судейства.
К вечеру Ан Ви, уставший, но переполненный впечатлениями, вернулся к своему кораблю. Он сел на корточки и снова активировал браслет.
«Дополнение к записи. Масштаб социального взаимодействия поражает. Гипотеза: ключевой драмой этого сообщества является не борьба за ресурсы, а борьба за идентичность. Каждый «пацан» яростно отстаивает свою уникальность, но при этом подсознательно жаждет признания со стороны других. Это создает невероятно сложную, динамичную и хрупкую систему. Завтра необходимо начать с изучения центральных фигур, задающих тон всему району. Конец записи».
Он посмотрел на огни района, мерцающие в сумеречной дымке. Это был не хаос. Это был живой, дышащий организм. И Ан Ви чувствовал, что самая главная драма здесь еще даже не началась. Она только готовилась, тихо назревая в сердцах 193 пацанов.
Точка 2: Братья и чужие
Следующие несколько дней Ан Ви провел, отрабатывая классический полевой метод антропологии — включенное наблюдение. Он устроился разнорабочим в небольшую мастерскую по починке всего на свете, расположенную в нейтральном квартале. Мастерская была идеальным местом: сюда стекались все новости района, а главное — сами пацаны.
Хозяином мастерской был Альберт, спокойный и немного флегматичный пацан, который предпочитал чинить механизмы, а не отношения. Он молча кивнул на предложение Ан Ви помочь, и с тех пор ученый проводил дни, разбирая старые двигатели и впитывая разговоры завсегдатаев.