— В общем, самое забавное, что эта девушка пошла с нами, когда мы уезжали. Она пошла с нами и при каждом удобном случае скакала на моем члене, как ковбойша на быке. Представляете? На брате человека, который убил ее семью. В этом было нечто особенное, когда она умоляла меня о большем и смотрела на меня так, словно я был всем ее миром. Конечно, она была немного не в себе после того, как увидела, как выглядели ее родители изнутри, но было что-то грубое и прекрасное в той связи, которая была у нас с ней. Вроде как у нас с тобой, да, крошка? — Шон похлопал Мию по бедру, и она кивнула.
— Да, — выдохнула она, и я не могла не посмотреть на нее снова, когда ее нижняя губа задрожала, и он слегка подтолкнул ее вперед, так что она вцепилась в спинку сиденья Трэвиса.
— Ты слышишь это, сладенькая? — Спросил Шон, глядя на меня, когда достал из кармана презерватив и повертел его между пальцами. — Моя маленькая Мими чувствует это. Тягу к темноте. Как и ты всегда.
Я посмотрела на Мию, ее взгляд встретился с моим, и на мгновение в ее глазах показались слезы, и что-то во мне всколыхнулось от такого глубокого гнева, что было удивительно, как я не набросилась на Шона прямо здесь и сейчас и не попыталась задушить его до смерти.
— Отпусти ее, Шон. Она чертовски напугана, — прошипела я, и Шон рассмеялся.
— О, это правда? Ты напугана, Мими? Ты хочешь уйти? Или ты надеялась попросить меня о чем-то другом? — Спросил ее Шон, не сводя с меня своих голубых глаз и злобно ухмыляясь.
Я снова посмотрела на Мию, и на мгновение ее глаза увлажнились сильнее, прежде чем она сморгнула слезы.
— Я хочу твой член, Шон, — выдохнула она, ее взгляд стал отстраненным и мертвым, отчего гнев во мне разгорелся еще сильнее.
— Шон, — прорычала я, двигаясь к нему, но он только рассмеялся, толкнув меня в плечо достаточно сильно, чтобы я вернулась на свое место.
— Пит, будь ягненком и направь пистолет вон на ту мою девушку, ладно? У меня такое чувство, что ее ревность может заставить ее в любой момент совершить какую-нибудь глупость, — сказал Шон, и Толстогубый быстро вытащил из-за пояса «глок» и прицелился мне в лицо.
— Ревность? — Я усмехнулась, но мой взгляд снова был прикован к Мии, когда Шон еще раз толкнул ее, чтобы усадить туда, куда он хотел, и пустота в ее глазах заставила мою грудь сжаться.
Толстогубый Пит продолжал целиться в меня, и мое сердце бешено заколотилось, когда я огляделась в поисках союзника, которого, как я знала, здесь не было. Мой взгляд на мгновение встретился с взглядом Трэвиса в зеркале заднего вида, но, несмотря на напряжение в его темных глазах, я могла сказать, что он не собирался ничего предпринимать в отношении происходящего, так же как я не могла этого сделать с пистолетом, направленным мне в лицо.
— Повтори, как я хотел, чтобы ты меня называла, крошка? — Попросил Шон Мию, расстегивая ширинку и натягивая презерватив на свой твердый член, не сводя с меня дразнящего взгляда все это время.
— Папочка Кайзер, — прошептала она, и у меня внутри все перевернулось, когда его ухмылка стала еще мрачнее.
— О да, так оно и было. — Шон притянул ее к себе на колени, отвернув от себя, и она ахнула, когда он вошел в нее своим членом. — Тогда давайте послушаем.
— Трахни меня, папочка Кайзер, — выдохнула она, хватаясь за спинку сиденья Пита, чтобы не упасть, когда он отрывисто рассмеялся и схватил ее за задницу, чтобы расположить так, как ему хотелось.
Машина немного подпрыгивала, пока он трахал ее, его грубое рычание смешивалось с ее вздохами и бормотанием «Еще, папочка Кайзер», в то время как он, блядь, смеялся каждый раз, когда она это говорила.
— Каково это — трахаться с человеком, который начисто снес голову твоей маме? — Шон зарычал, и слеза скатилась по щеке Мии, когда она вцепилась в спинку сиденья Пита и ничего не сказала, но этой единственной слезы было достаточно, чтобы что-то сломать во мне.
У Пита отвисла челюсть, и у него практически потекли слюни, когда он уставился на своего босса, трахающего девушку прямо там, на заднем сиденье машины, и его хватка на пистолете заметно ослабла.
Мои пальцы дернулись, адреналин запульсировал в конечностях, но, когда изо рта Мии вырвалось хныканье, я потеряла всякое чувство самосохранения и просто, блядь, пошла на это.
Я рванулась вперед, одной рукой обрушив кулак на твердый член Пита, а другой вырвав пистолет из его хватки.
Раздался выстрел, когда его палец нажал на спусковой крючок, и я закричала, когда заднее стекло разлетелось вдребезги, но я отпрянула назад со своим призом в руке и прицелилась в гребаное лицо Шона, прислонившись спиной к своей двери.