- Как ты можешь! – обвиняюще проговорила дочь, добавляя к её переживаниям новую дозу. Альда очень трогательно относилась к детям, так, как только может относиться любящая всей душой мать, и такое обвинение больно ранило её сердце. Впрочем, это её ни капли не удивило, иногда Лаура не знала меры в словах и действиях.
Служанка, убиравшая тарелки со стола, вздрогнула, когда Марис стремительно вскочил со своего места. Терпение его кончилось, и всякая сдержанность исчезла. Он цветисто выругался и подошёл к окну. Видел, как от дома одна за другой отъехали машины. Альда взяла маленькую ложечку, намереваясь подсластить чересчур горький кофе, но рука её дрогнула, и сахар рассыпался на стол. Она высыпала остатки в чашку, бросила ложку и поднялась. Её ладонь мягко легла на напряжённое плечо мужа. Он не развернулся к ней и не расслабился, а продолжал стоять, засунув руки в карманы брюк, уставившись в одну точку. Грудь его часто вздымалась от переполнявших чувств.
- Летиция, кофе в гостиную, - обернулась Альда и служанка кивнула. – Марис… - неуверенно начала Альда. – Данте - он же разумный мальчик. Я думаю, ничего страшного не случится. – Успокаивала она скорее себя, чем мужа. Марис бросил на неё скептический взгляд и усмехнулся, прекрасно зная взрывной характер сына. С годами Данте научился сдерживаться, но не изменился.
- Не думаю, что в этот раз Вито успеет унести ноги. А вообще… - он махнул рукой, - на всё воля Божья… - Марис привлёк жену и нежно поцеловал в лоб. Одно его останавливало от того, чтобы не кинуться вслед за Данте и попытаться его остановить, либо привлечь людей, которые могли бы предотвратить его необдуманные поступки - это его уверенность в том, что сын в любом случае себя не подставит. Такие жертвы ради удовлетворения эмоциональных порывов Марису не нужны.
***
Он ехал быстро. Достаточно, чтобы за считанные минуты добраться до дома сестры, но не до такой степени, чтобы за ним увязался полицейский эскорт. И не пытался успокоиться. По пути заглянул в ключницу удостовериться, что ключи от квартиры сестры с собой. Они, как и всегда, были на месте, потому он сунул ключницу в карман и снова сжал руль.
Подъехав к жилой высотке, Данте резко затормозил машину, припарковавшись в неположенном месте, но это ерунда. Это его волновало меньше всего.
- Сиди, не вякай! – рявкнул он вскочившему с места консьержу, когда влетел в фойе и так же быстро направился к лифту. Тот послушно сел. Прекрасно знал этого гостя и решил лишний раз рта не открывать. Судя по его настроению, ничем хорошим это не закончится. Хотя, всегда можно вызвать полицию. Так он решил и снова раскрыл перед собой вечернюю газету.
Данте вставил магнитный ключ в скважину под нужным номером этажа. Кажется, что скоростной лифт полз медленнее, чем улитка.
Едва дверцы разъехались, он шагнул в холл. В огромной квартире громыхала музыка. Не останавливаясь, он пошёл на звук, который доносился из главной гостиной. Вито находился там же. Один. Но количество бокалов на столике говорило, что ещё совсем недавно у него были гости. Сам хозяин сидел, развалившись на диване, в приятной эйфории, с бокалом спиртного в руке.
- Развлекаешься? – прорычал сходу Данте, стремительно приближаясь к нему.
- Какого?.. – Вито открыл затуманенные глаза, с удивлением уставившись на нежданного посетителя, но сразу вскочил, когда увидел его разъяренное лицо. Даже странным показалась такая проворность, но инстинкт самосохранения, видимо, отрезвляет.
Не тратя много времени на разговоры, Данте пнул стеклянный столик и выбил бокал из руки Вито. Столешница осталась цела, но с грохотом перевернувшись, погребла под собой разбитые вдребезги бокалы и бутылки, одна из которых не была пустой, и разлившийся виски образовал у дивана тёмную лужицу. Остро пахнуло спиртным и свежий запах алкоголя, смешиваясь с повисшим в воздухе сигаретным дымом, сделал ситуацию ещё тошнотворнее.
Вито не успел и рта раскрыть. Следующий удар ноги пришёлся ему по коленям, и он грохнулся на пол. Но тут же вскочил. Однако Данте не дал ему возможности ответить. Схватил за грудки и со всей силы отшвырнул от себя. Тот полетел через всю комнату, сгребая заодно напольную вазу с цветами, круглую этажерку, статуэтку девушки-русалки и грохнулся о стену. Теперь уже Вито не вскочил так быстро. Несколько секунд ему понадобилось, чтобы прийти в себя. Он тряхнул головой, выдавая ругательства, встал на колени и, упираясь ладонями в пол, попытался подняться. Тогда Данте снова схватил его и прижал к стене. Сжал горло мёртвой хваткой. Вито попытался освободиться, но так как Данте превосходил его по комплекции, эти слабые попытки не удались. И Данте только крепче сдавил ему шею, прижимая к стене.